Главное в онкологии, говорят врачи, - распознать опухоль, понять, злокачественная она или доброкачественная. Но сделать это не так-то и легко: сейчас медицине известны более двух тысяч разновидностей опухолей. Точность диагноза - это выбор адекватного метода лечения.
- У каждой из опухолей есть особенности, которые определяют тактику действий врача, - рассказывает Дмитрий Цекатунов, заведующий патоморфологическим отделением краевого онкологического центра. - Врач решает, стоит ли ее удалять, облучать, назначать химиотерапию. Важно знать, требуется ли проводить для излечения весь комплекс терапии или чего-то можно избежать. И это немаловажно, ведь противораковая терапия очень агрессивная.
Стратегию войны с болезнью врачу-онкологу подсказывает специальное гистологическое исследование, которое проводится на клеточном уровне. С опухоли делается срез в 4-5 микрон (толщина одной клетки). Он обрабатывается спецсоставом, окрашивается и попадает под микроскоп патологоанатома, который и ставит окончательный диагноз. Вопреки устоявшемуся убеждению, основной рабочий инструмент патологоанатома не скальпель, а микроскоп. Так что эту врачебную специальность точнее было бы назвать «морфолог», или, на американский манер, - «патолог».
Дмитрий Цекатунов, как патолог в «Окончательном диагнозе» Артура Хейли, как раз и занимается распознаванием онкологических опухолей. Его отделение в законченном и оформленном подходящим оборудованием виде появилось в краевом онкоцентре лишь после сдачи первой очереди. В старом онкодиспансере подобные исследования тоже проводились. Правда, теперь об этой работе можно сказать, что она находилась тогда в зачаточном состоянии. Оборудование, которое прежде для этого предназначалось, было привезено сюда в 60-70-е годы прошлого века и морально устарело. Новая лаборатория и ее начинка такие же, как и в Российском онкологическом центре им. Блохина, издавна считавшемся лидером отечественной онкологии. Более того, прибору для окрашивания клеточных срезов, что недавно появился у нас, могут позавидовать даже москвичи.
В патоморфологической лаборатории онкоцентра и в самом деле, начиная от пробирки и заканчивая суперсовременными аппаратами, можно проводить неведомое у нас прежде гистоиммунохимическое исследование.
Дело в том, что в 15 процентах случаев используемый прежде метод исследования клеток опухоли не дает ответа на вопросы врача-онколога, потому что не может классифицировать ее. Вот тогда-то и нужен гистоиммунохимический анализ. Клеточный срез ткани опухоли обрабатывается специальной сывороткой, и в результате морфолог видит не только, какая это опухоль, но, главное, может сделать прогноз: как опухоль будет отвечать на лечение, целесообразно ли применять в конкретном случае химиотерапию, какие лекарства будут эффективнее, с какой скоростью болезнь будет развиваться и т.д.
Метод гистоиммунохимического исследования внедрен в краевом онкоцентре в нынешнем феврале. Его называют «золотым стандартом обследования» онкологического больного. Говорят, что этот метод применяли и в онкодиспансере, правда, эпизодически, и в Дальневосточном медуниверситете, но исключительно в научных целях.
Но, как показывает практика, этот анализ необходим каждому десятому пациенту с «нечетким» диагнозом. И без него точно не обойтись в тех случаях, когда врачи подозревают у пациента гематологические заболевания, лейкозы. Вот и выходит, что прежде наши онкологи лечили, что называется, вслепую, сражаясь, по сути, с нераспознанным врагом.
Теперь же врач будет бить уже в ясную мишень, при этом избирательно подходя к выбору оружия. И самое главное - пациенту, возможно, не придется прочувствовать на своем организме весь арсенал противоопухолевой терапии.
Т. МОЛДОВАНОВА.
Количество показов: 563