Народному артисту России Игорю Евгеньевичу Желтоухову сегодня исполняется 60 лет. Серьезный рубеж в жизни, если учесть, что 40 лет проведено на сцене двух хабаровских театров - ТЮЗа и музыкальной комедии. Желтоухова в Хабаровске знают и любят многие, популярность эта заслужена, объяснима - артист он характерный, сыграл множество ролей, профессия у него публичная. Словом, представлять читателям этого человека подробно нет необходимости, и сегодняшнее интервью с юбиляром не совсем традиционное. Вопросов я задавал ему много и разные, отвечал он на них без подготовки, экспромтом. Что из этого получилось - читайте ниже.
- Начну с банального вопроса: как актером стал?
- Виноват Его Величество случай. В первом классе нас повели в ТЮЗ на спектакль «Капитан Гастелло». Представление задержалось часа на полтора, домой пришел поздно. Мама, спросив, где был, хорошенько меня выпорола и заявила: «Ноги твоей в этих театрах никогда не будет».
- Ничего себе воспоминание из милого театрального детства.
- Да, самое незабываемое… Но в седьмом классе мама передумала и послала меня искать какой-нибудь театральный кружок, чтобы отвадить от улицы. Шалил я много и родителей этим беспокоил.
- Кто были твои родители?
- Мама - домохозяйка. Она управлялась с шестью детьми, отец - вузовский педагог, был ректором пединститута.
- Ну а что было дальше?
- Зашел во Дворец пионеров, женщина из кружка театрального меня послушала и сказала, что полезной быть мне не может и посоветовала идти в студию театра драмы. Выйдя из дворца - опять Его Величество случай(!) - увидел идущего навстречу импозантного дядю. Спросил его: «Не подскажите, где тут театр драмы?» «А зачем он тебе?» - спросил в ответ дядя. «Хочу в студию поступить». - «Но там нет приема, в прошлом году был». Ничего, говорю, меня примут. Дядя засмеялся, взял меня за руку и повел в театр. На пятом этаже я ему читал басню, пел песенки, танцевал. И меня взяли на второй курс.
- Кто же был дядя?
- Народный артист России, лауреат многих премий, главный режиссер краевого театра драмы Михаил Семенович Амитов. Потом открылось у нас театральное училище, и Амитов забрал меня на свой курс. Из-за огненно-рыжего цвета волос на моей голове он всегда звал меня «рыжее мое золото».
- Но ведь после школы ты сдал экзамены в Ленинградское высшее военно-морское училище. Моряком хотел стать?
- Очень. После экзаменов нас отпустили по домам, на короткое время. Я вернулся в Хабаровск и, конечно, встретился с Амитовым, сказал ему о своих «морских» планах. Он возмутился и вечером пришел к нам домой. Допоздна они сидели с папой, заперлись в отцовском кабинете, куда мама регулярно подавала чекушки и закуску. Утром папа сказал мне строго: «Остаешься дома, будешь учиться здесь». Ослушаться его я не мог. Так и оказался в театральном училище. В дипломе моем записано: актер театра драмы и кино.
- В кино сняться не довелось?
- Нет. Меня туда почему-то не приглашали, а сняться, конечно, хотелось. Но сам себя никогда не предлагал, характер такой.
- Кроме актерской, какая профессия еще нравится?
- Только моя. А вообще, всякая профессия интересна, если работать в ней с душой.
- Сегодня в театре музкомедии два артиста Желтоуховых. Нет опасений, что твой сын Денис повторит актера-отца?
- Не повторит. Он лучше меня, слава Богу!
- А сколько ролей сыграно тобой в обоих театрах?
- Более ста пятидесяти.
- Режиссеров своих помнишь?
- А как же не помнить их, своих учителей-мучителей. Их было ровно 100 у меня. И все учили.
- Кто впереди лихой сотни? Кого поставишь первым?
- Юлия Изакиновича Гриншпуна, царствие ему небесное.
- Признайся честно: были у тебя роли, в которых ты, сыграв их на сцене, так и не понял, кого же изображал?
- Таких ролей было немало. Актерская профессия зависима, и режиссер трактует наши роли, загоняет в образ. К тому же в моем амплуа в театре оперетты героев, мягко говоря, умными не назовешь. Обычно какие-то придурки с непонятными комплексами, поведением и т.д. Странные князья да бароны, глупые слуги, служанки - что тут скажешь, жанр управляет нами.
- У тебя есть актер, которому бы хотел подражать?
- Есть, это И.Е. Желтоухов.
- И все же провинциальный город, провинциальный театр, провинциальный актер - такая дилемма существует. Тебя это не смущает?
- Нет. Провинция - это смотря откуда смотреть, как считать километры. Если от Хабаровска, то где-то там, далеко от него, находится «провинция Москва». Вообще, думаю, весь мир - это провинция, а столица у нас всех там, наверху, над нами (показывает глазами в небо).
- А заработная плата народного артиста позволяет не ощущать себя провинциалом?
- Она у всех народных одинакова - две-три тысячи рублей. У нас в театре есть система, стимулирующая актеров: это сыгранные роли, число выходов на сцену, звания и т.д. Я не обижаюсь на свою зарплату. Она непровинциальная.
- А как ты относишься к деньгам?
- Ау, я люблю вас, деньги! Но они молчат, потому что любят кого-то другого.
- У многих актеров есть свои приметы, ритуалы перед выходом на сцену…
- Да, они есть почти у всех. Я перед выходом на сцену наклоняюсь и стучу по ней рукой три раза. Почти всегда так делаю.
- А после спектакля как из образа выходишь?
- Домой иду всегда пешком: голова светлеет, проясняется.
- Есть у тебя любимое место в родном тебе городе?
- «Ласточкино гнездо», утес на Амуре. Хожу туда часто, могу в дождь или в снег прийти, особенно когда некомфортно в душе. Придешь, постоишь час-полтора, и все дурное из тебя выходит.
- Какая-то отличительная черта от других профессий у актеров есть?
- Наверное, способность наблюдать жизнь и повторять ее разнообразие, показывать это.
- Существует ли зависть в актерской среде?
- Как и в любой другой. Это плохое «качество», я никому никогда не завидовал и не верю, что есть зависть «черная» или «белая». Она одна - зависть!
- Тебе завидовали?
- Не раз и не два. Я не обращал внимание, все равно ничего не изменишь.
- Какие сны тебе чаще снятся?
- Профессиональные. Играю, репетирую, еду на гастроли, страдаю, переживаю. Но все это без звука, немое кино. Иногда во сне нахожу ход, детали к роли, просыпаюсь, записываю в блокнот.
- Человек склонен к самоанализу. Какой вопрос ты задаешь себе чаще других?
- …А зачем тебе это надо? При каждой возникающей ситуации так себя спрашиваю и, конечно, ищу ответ.
- Вопрос на засыпку: ты знаешь, что такое любовь? Можно человеку прожить без нее?
- Что такое любовь - никто не знает. Чувство, говорят. А прожить, наверное, можно, я так думаю, но прав ли?
- Обидеть человека можешь?
- Наверное, но только если это связано с работой. Потом очень переживаю, раскаиваюсь.
- Однажды ты перенес клиническую смерть, твое сердце остановилось. Врачи «скорой» сумели вернуть тебе жизнь. Скажи, побывав «на том свете», что-то запомнил, принес в этот мир? Некоторые в таких случаях видят какой-то тоннель…
- Никакого тоннеля не было. Остались ощущения или впечатления такие: я видел себя как бы сверху - как меня оживляли электричеством, как лежал в реанимационной машине, как меня везли в больницу… Но я совершенно ничего не ощущал физически.
- Как ты относишься к дружбе?
- Это не постоянная субстанция, меняющаяся. В молодости обычно бывает много друзей, и есть большой выбор для дружбы. В моем возрасте друзей меньше, даже совсем мало, и все мы принимаем их такими, какие они есть. Потому что это старые, как правило, друзья, мы все друг о друге знаем, многое прощаем. И понимаем чьи-то слабости.
- У тебя есть «вредные» привычки: курение, алкоголь и т.д.
- Есть, к сожалению. После непростой операции на сердце я продолжаю курить. Пью не зеленый чай, а свежезаваренный черный молотый кофе. Алкоголь? Будем о нем говорить в прошедшем времени. Представим себе стол, уставленный бутылками с винами, коньяками, водкой, шампанским и т.д. И если бы среди них оказалась бутылка с хорошим самогоном, настоянным на травах, я выбрал бы ее. Почему? От него никогда не болела голова. У меня был друг, мастер этого напитка, приучил, наверное, к своим травяным настойкам.
- А в еде привередлив? Есть любимое блюдо?
- О, нет. Люблю блины всякие, не только с икрой, вареники, пельмени, словом, то, что есть мне нежелательно, как и кофе пить. Но что я могу сказать о себе таком? Вот вычитал в Коране хорошую фразу, она меня успокаивает. Звучит так: «Все, что в этой жизни будет - будет как надо. Даже если будет по-другому».
- А какой цвет одежды предпочитаешь?
- Зеленый. Почему - не знаю, нравится и все. Зеленые тона в моей одежде почти всегда присутствуют.
- По случаю юбилея тебе положен в родном театре бенефис… Будет?
- Все это будет осенью, когда начнется сезон. Сейчас театр в отпуске. Но пьеса уже выбрана.
- Ты знаешь массу анекдотов, умеешь рассказывать. Продолжаешь их коллекционировать?
- Куда от них денешься. Все об этом знают и стараются рассказать мне «новый» анекдот. Появился, правда, соперник - сын Денис, он умеет анекдот подать, рассказать и знает их много. Недавно он рассказал мне такой анекдот. В гримерке после премьеры спектакля сидят два артиста - трагик и комик. Коллектив в это время отмечает успех премьеры в ресторане. Трагик налил стакан водки, выпил и трагическим голосом произнес: «Не пригласили - забыли!» Комик налил себе стакан водки, выпил и радостным голосом подвел резюме: «Помнят, потому и не пригласили».
Вопросы юбиляру задавал Александр ЧЕРНЯВСКИЙ.
Количество показов: 415