Ровно год назад на железнодорожном переезде у рабочего поселка Березовка близ Хабаровска произошла трагедия: в результате столкновения многоместного переполненного пассажирами автобуса с ушедшими под уклон тяжелыми грузовыми вагонами погибли 27 человек, десятки людей получили серьезные увечья, многие стали инвалидами. Тогда эта катастрофа потрясла не только нас, дальневосточников, с нами скорбели миллионы россиян.

Сегодня, год спустя, мы решили рассказать о судьбе Любови Михайловны Васильчик, ехавшей в той злополучной «семерке» вечером 26 октября 1998 года. Рассказать о высоте духа и благородстве людей, рядом с которыми уживаются черствость и равнодушие, душевная глухота и бессердечие. Мы остановились на истории Любови Васильчик потому, что в ней, по времени короткой, но полной и радостных, и горьких событий, отразилась наша сегодняшняя жизнь, возвышенная и низменная, щедрая и мелочная. Такая, какая она есть.

«Ладони архангела»

Момента титанического удара она не помнит - мгновенно наступило шоковое забытье. Очнулась лежащей на шпалах у рельса. Прыгающие блики карманных фонариков, желтое пятно останков автобуса, тревожные голоса. Снова беспамятство. Короткое возвращение сознания уже в каком-то белом помещении. Кем-то четко сказанная фраза: «А вы счастливая женщина». Что за кощунство, когда она похожа на кокон из рваной одежды, пропитанных запекшейся кровью, спутанных и склеившихся волос. И только потом она поймет радостный смысл этих слов. Врачебный эпикриз свидетельствовал, что у нее перелом основания черепа, множественные повреждения костей таза, несколько контузионных очагов. И много еще чего. А «счастье» ее заключалось в том, что после страшного удара ее на лету будто подхватили мягкие ладони архангелов и осторожно опустили на землю. А потому мозговая оболочка не была повреждена и ни один осколок раздробленных костей не сместился, контуженные внутренние органы не были повреждены. И в этом было ее спасение. И в дочерях, пожалуй, тоже. Уже взрослые двойняшки Лилия и Оксана каждую свободную минуту были у ее постели. На раскладушках они спали тут же, в больничной палате, предупреждая ее малейшее желание. Прикосновение рук дочерей возвращало ей жизненные силы. А врачи непрестанно требовали одного: лежать, лежать и лежать. Чтобы шло постепенное и естественное восстановление поврежденных костей.

Но в этой неподвижности таилась и большая опасность: нужна была срочная операция по восстановлению левого тазобедренного сустава. Но она из-за других, главным образом черепно-мозговых, травм была пока невозможна. А это могло обернуться горькой неизбежностью быть прикованной к постели до конца ее дней. Ничего себе - веселенькая перспектива для молодой еще и привлекательной женщины.

Особенно тяжелое впечатление производили на нее известия о том, что вот скончался еще один пассажир их «Икаруса», вот другой не перенес травм. Как бы ни старались врачи скрывать это от больных, но тут безотказно действовали свои информационные каналы.

Однажды в ее палате в краевой клинической больнице появился главный врач дорожной больницы Борис Анатольевич Меркешкин и без обиняков заявил, что поскольку теперь она менее или более транспортабельна, то он забирает ее в свою больницу.

И вот тут открывается несколько интересных подробностей. Возникает и...

«Дело» об американских долларах

Вообще-то следует сказать, что в ликвидации последствий березовской катастрофы, вернее, в том, чтобы горестные ее итоги свести до минимума, коллектив дорожной больницы сделал немало: выхаживал пострадавших, делился медикаментами, использовал уникальное оборудование.

В середине ноября ее перевезли в дорожную больницу. И тут едва только ее дочери вознамерились продолжить дежурить у постели матери, как главврач попытки эти пресек, сказав: «Этого не требуется. Необходимый и квалифицированный уход ей будет обеспечен».

Тогда-то, еще в декабре, зав. отделением хирургии Александр Геннадьевич Рыков и завел разговор о хирургическом восстановлении тазобедренного сустава. Но время было упущено, и без эндо-протеза было не обойтись. Однако у наших хирургов тогда опыта подобных операций было еще маловато, да и протез можно было приобрести только за рубежом за немалые деньги - за почти три тысячи американских долларов. Понятное дело, таких деньжищ ни у кого не было. И тогда у кого-то промелькнула мысль: а что если за такой помощью обратиться к губернатору? Написали ему письмо, стали ждать. В общем, губернатор искомые 2750 долларов выделил. Протез через швейцарскую посредническую фирму был заказан.

Можно лишь только догадываться о том, с каким священным волнением хирурги больницы готовились, а затем и вели эту уникальную операцию. В случае успеха они не только избавляли больную от пожизненной каторги постельного режима, но подтверждали свою высокую врачебную квалификацию и начинали новый этап в развитии местной ортопедии.

Все так и было. Но пройдут еще недели и месяцы, прежде чем Люба Васильчик отложит в сторону костыли.

Незапоздалое добавление

Та страшная катастрофа коснулась тридцати девяти семей жителей Березовки. Шестнадцать из них кого-то потеряли. В них остались сиротами двадцать несовершеннолетних детей. Службы социальной защиты населения края, города и Краснофлотского района в те горестные дни проделали огромную работу, чтобы хоть в малой степени облегчить участь тех, кого коснулось горе. Этим двадцати ребятам была оформлена пенсия по потере кормильца. А кроме того, через краевой департамент социальной защиты населения этим детям единовременно было выплачено по пять тысяч рублей.

Конечно, утраты человеческих жизней невозможно возместить никакими денежными суммами. Но горе такого рода всегда требует огромных финансовых расходов. Поэтому Краснофлотский районный комитет соцзащиты добился, чтобы для 29 семей, где было 52 ребенка, была погашена задолженность по выплате детских пособий. А кроме того, комитет обратился в те предприятия и организации, где работали члены семей пострадавших, с просьбой погасить задолженность по зарплате. И это было сделано. Особенно оперативно на эту просьбу откликнулось руководство ТЭЦ-3.

И в этом году семьи погибших и пострадавшие не остались без внимания. По постановлению губернатора № 306 этим людям в первую очередь выдаются все социальные платы, семеро ребят из Березовки в этом году побывали в санатории «Уссури» и доме отдыха «Дружба».

Списать в архив

Уже после нашего знакомства, после долгих разговоров она поздним вечером позвонила на мой телефон. «Наверное, только после того, как человек испытает то, что испытала я, он способен понять, как прекрасна жизнь. У меня отличные дочери, прекрасный человек моя сватья - Светлана Николаевна, замечательные коллеги и друзья. С их помощью я выкарабкалась. Когда случилась со мной беда, на ТЭЦ-3 собрали для меня восемьсот рублей, в вагонном пассажирском депо тоже сложились на тысячу рублей, чтобы мне помощь была». Она рассказывала, как в дорожной больнице ей выдали путевку в приморский профилакторий «Экспресс» и деньги на билет и как там она нарядилась в белое платье и надела белые туфли, хотя и была на костылях. Как же велика необходимость для человека обыкновенного чувства счастья.

Впервые самостоятельно, еще на костылях, выйдя на улицу, она не могла надышаться весенним воздухом, запахом свежей зелени, влагой непросохших луж. Но муки уже не физические, а душевные не оставляли ее. И до этого жизнь ее неладно складывалась. Семь лет назад стала разведенкой с двумя девчонками-подростками на руках. Содержала и брата-инвалида. А тут еще болезнь одной из дочерей. Она на костылях моталась из Березовки в городскую больницу. К замужней дочери, живущей в семье молодого мужа в соседнем подъезде того же дома, вернулась давняя болезнь. Возможно, она была спровоцирована тем, что Лиля, ухаживая за матерью в студеную пору года, не побереглась. И теперь за короткое время четырежды побывала в больнице. И настал черед Любови Михайловне мотаться между Березовкой и городом. И все бы ничего, да вот беда: столкнулась Любовь Михайловна по причине физической своей ограниченности с таким, о чем прежде и подумать не могла. Но все по порядку.

Вот уж воистину: гром не грянет - мужик не перекрестится. Но гремят громы, даже молнии сверкают над нашими головами, мы истово и неистово крестимся в страхе и отчаянии, а чуть «отпустило», мы тотчас забываем о пережитом и готовы в бесшабашный пляс пуститься - пронесло. Вот и березовская трагедия нас, видимо, ничему не научила. Возбужденное было уголовное дело оказалось вскоре закрытым. Во-первых, дескать, по причине того, что учинять строгий спрос не с кого: водитель погиб на месте, а вскоре погиб и тот работник базы «Дальспецстроя», по вине которого ушли к березовскому переезду груженые вагоны. Во-вторых, мол, подоспела амнистия. Допустим, это так. Но можно ли списать в архив память? Можно ли амнистировать долг перед теми, кто безвинно пострадал на этом проклятом переезде? Неужто с уходом в землю погибших туда же ушла и обязанность по высшему счету позаботиться об оставшихся в живых? Да мы просто по святой обязанности должны были наделить их особыми правами и льготами, как жертвы безалаберности и разгильдяйства хозяйственных руководителей и чиновников.

С иском к ФСУ «Дальспец-строй» и Хабаровскому производственному объединению пассажирского автотранспорта Любовь Михайловна обратилась в Краснофлотский районный суд. Но несколько дней назад судья С.Н. Кадакина возвращает ей пакет с сорока листами с великими трудами собранных документов и с отказом принять дело к производству. На том, дескать, основании, что с иском нужно обращаться в суды тех районов города, где расположены офисы ответчиков. А ответчики в данном случае расположены: «Дальспецстрой» - в Центральном, ХПОПАТ - в Железнодорожном районах. Следовательно, в два суда и нужно обращаться. Но сил на это у Любови Михайловны уже не хватит. Она хотя и бодрится, а все же с большим бережением («Как к хрустальной вазе», - говорит она) относится к своему драгоценному протезу. Но достаточно открыть Гражданский процессуальный кодекс на статье 118, часть 5, чтобы убедиться в праве Любови Васильевны обратиться с иском в любой из трех районных судов Хабаровска: по месту ее жительства, по месту расположения ответчика, по месту расположения происшествия. А потому вопрос, почему заявление Любови Васильчик в Краснофлотском суде не принято к производству, остается открытым.

Всего же в Краснофлотский районный суд с исками к ФСУ «Дальспецстрой» обратились десять пострадавших жителей Березовки. Но, как сказала мне председатель райсуда Лариса Тюстина, ни одно заявление к производству принято не было. Двое заявителей затем сами от претензий отказались, а восьмерым иски были возвращены, поскольку событие произошло в одном районе, ответчики располагаются в других районах города и некоторые истцы в Краснофлотском районе не проживают.

Березовская трагедия, видимо, и на этот раз ничему нас не научила. Ведь даже после случившегося автобусное сообщение на седьмом маршруте не претерпело изменений к лучшему. Как и прежде, автобусы в утренние и вечерние часы переполнены. Уехать из Березовки или приехать сюда в это время остается большой проблемой. И тот недоброй славы переезд долгое время оставался без сигнального оборудования. Да и сегодня нет никакой гарантии его безопасности.

Впервые с ней это произошло 27 июня этого года. Тогда она ходила еще на костылях. С невероятным трудом вошла она в автобус и осталась стоять, поскольку присаживаться на корточки врачи ей запретили категорически. Кондуктор потребовала у нее документы, подтверждающие ее право на безбилетный проезд. У нее на этот момент была только справка об инвалидности. Другие документы она еще не успела оформить. Кондуктор потребовала от нее покинуть автобус. На остановке «Совхозная» она вышла. Она стояла у обочины дороги, и ей казалось, что само небо физически ощутимой тяжелой массой давит на нее. Она не плакала - это нельзя было назвать плачем, когда не хватало воздуха, когда горло само издавало продолжительный нечеловеческий вой, сознание не могло воспринять всю меру бессердечия и жестокости так обошедшихся с ней людей.

Размышляя над этой историей, подумал о том, что было бы по-цивилизованному, по-благородному, что ли, если бы каждому пострадавшему в катастрофе на березовском переезде были выданы документы на право бесплатного проезда в общественном транспорте. Ведь их сегодня наберется не так много. Неужто же такую «обузу» при несметном числе льготников город не выдюжит?

В горестные дни своей беды она часто убеждалась, что добро и зло, сердечность и бессердечие, противоположности другого свойства существуют в неразрывной связи. И все же, считает она, добрых, сострадательных людей гораздо больше, чем злых и жестоких. И рассказала мне такую историю.

Как-то еще на костылях прогуливалась она по беговой дорожке поселкового стадиона. Навстречу парень с резной тросточкой в руке. Разговорились. Парень перенес несколько операций и готовился к очередной. «А хотите я вам отдам такую же тросточку - у меня вторая есть. Вы же скоро бросите костыли». Так у нее появилась красивая трость. Правда, Рылов говорит, что привыкать к ней не надо.

Леонид ГАПИЧ.