Атеистов просят не беспокоиться. Хабаровская епархия переживает раскол. Да простят мне священно-служители вольность стиля, но уж очень похоже на измену. В народе, когда жена изменяет мужу, говорят: «наставила рога». История сия из той же бытовой «оперы».

Семена вольнодумия оказались заброшены на Дальний Восток из далекого Суздаля. В душах православных верующих полная сумятица: в скором времени в районе авиагородка откроется новый приход. Те, кто живет в этом районе Хабаровска, уже сегодня ломают голову: а не ересь ли будут проповедовать, ведь, по слухам, священнослужители будущей обители преданы анафеме епископом Хабаровским и Приамурским Марком.

Но еще большую озабоченность выказывает сам владыка. Кажется это странным. Чего волноваться? 2000-летие христианства основ церкви не поколебало. Напротив, церковь из года в год упрочивает влияние. Вот и успехи Хабаровской епархии были отмечены патриархом Алексием II, который недавно почтил столицу Дальневосточного федерального округа визитом. Понравились патриарху и новый Иннокентьевский храм, и то, что строят у нас храмы и часовни. Почему же горстка раскольников тревожит епископа Марка больше, чем другие «духовные конкуренты»? Чем верующим и церкви грозит раскол?

Батюшки святы, какие супостаты!

- Кто вы? - учинил мне допрос биробиджанский клир. - Журналист? Раскольник Димитрий Каплун тоже журналистике учился в Иркутском университете. А теперь на его имя подметные письма приходят, к расколу призывающие...

- А другой Раскольников старушку убил, - пыталась я хоть как-то рассеять подозрения, но подумали, наверное, что издеваюсь. Отказались от комментариев чисто по-христиански - наставлением.

- Ибо сказано в Священном писании: «...с преподобным преподобным будешь, а с мужем развращенным развратишися».

Вот и поговорили.

Хабаровскому скандалу предшествовал биробиджанский. В мае епископ Хабаровский и Приамурский Марк опубликовал в одной из местных газет официальное обращение к «находящимся под запретом за уклонение в раскол иерею Димитрию (Каплуну) и иерею Валерию (Поташенко)», в котором призвал этих священнослужителей покаяться. Иереев уличили в желании перейти в лоно Российской православной церкви за границей. Но не духовными разногласиями объяснили в епархии их помышления, а недовольством на справедливые претензии к иереям в грехе воровства, клевете на Церковь Христову и осквернение святынь.

С мирской точки зрения, обвинения не такие уж и страшные. Ну, представьте себе, что епархия подала бы в суд на настоятеля прихода в селе Ленинском отца Валерия за то, что «пожелал украсть пасхальное иерейское облачение», а на отца Димитрия за то, что «обманным путем хотел заполучить» у некоего игумена Пахомия святые дары, а заодно совращал его в раскол. В милиции бы просто рассмеялись, так как за намерения не судят. Другое дело, что святых отцов обвинили еще и в том, что пожертвования со своих прихожан они утаивали для строительства своего раскольного храма и монастыря.

Те же обвинения были выдвинуты недавно против двух других запретных раскольников - Амвросия (Епифанова) и Димитрия (Горбунова).

В евхаристическом разобщении

Город Суздаль по праву считается у Московской патриархии кузницей раскола. Грянул он в начале 90-х годов, когда архимандрит Валентин (Русанцев), настоятель Царевоконстантиновского храма, не найдя разрешения в конфликте с правящим архиереем, обратился к первоиерарху Российской православной церкви за границей с ходатайством о принятии в юрисдикцию зарубежной церкви. Репутация у нью-йоркского церковного собрания была еще та: церковь открыто благословляла фашистов на поход против России накануне 40-х годов, да и позже высказывалась в том же экстремистском духе. Мол, лишь огонь ядерного оружия очистит русскую землю от супостатов. Однако суздальского архимандрита прошлая репутация зарубежной церкви не смутила.

В Московской патриархии тогда объяснили его поведение алчностью. Суздаль богат храмами (как-никак «Золотое кольцо»), на восстановление которых были сделаны большие валютные пожертвования во время празднования тысячелетия христианства на Руси и позже. В патриархии придерживаются мнения, что епископ Валентин просто возжелал прибрать все эти средства, как и храмы, к своим рукам.

Как бы то ни было, Русанцев чуть погодя ударился в раскол уже в лоне зарубежной церкви.

Казалось бы, в сегодняшней нашей жизни изменилось столь многое... Свобода вероисповедания полная, расколы преодолимы. Но понятно и другое: речь шла, да и идет вовсе не о различиях, а о контроле над церковью и всеми ее богатствами. Зарубежная церковь демонстрировала долгие годы это слишком явно, намекая, что у нее отняли то, что принадлежало ей по праву: храмы, власть, паству. Делиться и дружить мы, мол, не намерены.

Вот и епископ Валентин показал себя непримиримым борцом с экуменизмом - ересью, в которой, по его мнению, погрязла Московская патриархия. Если кто не знает, экуменизм - это движение христианских церквей за устранение разобщенности между ними и сплочение в международном масштабе. Такое движение характерно сегодня для всего мирового процесса. Что ж тут плохого?

В квартире одного из запрещенных Хабаровской епархией раскольников - Димитрия Горбунова мы смотрим видеокассету, на которой священнослужители разных конфессий зажигают общую лампаду Всемирного совета церквей.

- Бесы, - сокрушается Димитрий, - экуменисты бесноватые. Каноническая чистота только и осталась в Российской православной Свободной Церкви. Это и есть малое стадо, о котором говорил Господь...

Российской православной Свободной Церковью и назвалась Суздальская епархия после того, как вышла из юрисдикции зарубежной церкви. И как это обычно водится, все униженные и оскорбленные потянулись под крыло епископа Валентина. Переметнулись к нему и наши священники - те, кому по каким-либо причинам запретили в священнослужении. Особое расположение снискал Амвросий Епифанов, который с благословения епископа Валентина стал игуменом.

Как Амвросия палками

побивали,

да не побили...

Церковная карьера - интересное занятие для изучения. Стоит лишь полистать подшивки газет прошлых лет - и вот, приехали... к истокам раскола. В апреле 1991 года игумен Амвросий активно боролся с расколом вместе с епископом Гавриилом, возглавлявшим тогда Хабаровское епархиальное управление.

Летом 1990 года Уссурийский Покровский приход под началом игумена Иннокентия декларировал свой выход из епархии в лоно... зарубежной церкви. Свои действия игумен Иннокентий тогда мотивировал превышением епископом своих полномочий, которые выразились в нарушении принципа соборности, финансовых нарушениях, деспотичности к клиру и прихожанам. Раскольники сегодня не скрывают, что и в самом деле - ежели чем не угодил епископу, мог схлопотать кадилом в лоб. Но тогда Амвросий не роптал, а вместе с Гавриилом пытался вразумить заблудшие души, прибыв к воротом Покровского прихода. Священнослужители едва не побили их палками.

Разбираться по этому поводу прибыла комиссия Священного Синода. Но и она не сумела наставить раскольников на путь истинный. Священники предъявили ультиматум - отставка епископа Гавриила и игумена Амвросия, как дискредитирующих церковь. Тогда-то Священный Синод и постановил - вывести Гавриила из штата и запретить ему священнослужение сроком на три года. Покровский приход вернулся в лоно матери-церкви.

А что же игумен Амвросий? Игумен тихо-мирно уехал в Астрахань, к знакомому со студенческой скамьи Московской духовной академии владыке Ионе. Говорят, что там он оскандалился невиданно. В воскресный день сел на горнем месте и стал требовать от прихожан денег. Не то, мол, службу не начну! Пахло от него перегаром. Понимая, чем ему грозит эта история, игумен сам написал прошение об отчислении его за штат с правом перевода в другую епархию. Его удалили в Майкоп.

В поисках лучшей доли отец Амвросий объявился в Хабаровске вновь. И в нарушение церковных правил был принят настоятелем Иннокентьевского храма отцом Ферапонтом. Теперь, в благодарность за доброту благодетеля и церковников, поливает тех грязью: и мужеложники они, и блюдолизы епископовы...

Око за око,

зуб за зуб

Епархия не осталась внакладе. Духовное чадо игумена Амвросия - Димитрий Горбунов, обращенный учителем в веру из профессионалов-массажистов и рукоположенный на священнослужение Гавриилом по рекомендации того же Епифанова, сегодня тоже обвиняется в растрате приходского имущества. Мол, и в Поярково, где управлял приходом, и в Завитинске употреблял пожертвования прихожан на личное благо. Но милостливо запрещен в служении до момента возврата имущества двух общин.

Димитрий же все отрицает.

Не опровергают раскольники разве только упреков в винопитии. «Так что ж, - говорят, - вся церковная братия в этом грехе погрязла. Такая уж атмосфера в епархии. А теперь мы прозрели и очистились».

Полагаю, что для зарисовки церковных нравов достаточно. От мирской нашей жизни в этом смысле мало чем отлична жизнь духовная. Те же дрязги, интриги. Сегодня ты борец с расколом, завтра обижен и уж во главе его... Разве что остается добавить к этому, что ни вероучение, ни каноны, ни обрядовость епархиальных священников и раскольников ничем не отличаются друг от друга. Одинаково ходят вокруг аналоя, крестятся, одинаковые молитвы читают. Весь сыр-бор в истории с раскольниками - мини-суздальская эпопея. Борьба за прихожан, а значит, за пожертвования и влияние. Ведь если раскольникам удастся перетянуть на свою сторону часть паствы, то вполне может статься, что в будущем раскольники замахнутся и церковную обитель в Хабаровске либо в другом городе обустроить.

Епископ Марк выказывает явное беспокойство. Еще бы, когда под боком - раскольничья церковь, всяк священник, которого обуяли гордыня и недовольство, может переметнуться во вражий стан. По мнению Марка, раскольниками движет лишь материальный интерес и властолюбие. И негоже, чтобы их «развеселую жизнь» оплачивали прихожане.

Что ж, расколы все мы проходили. Предприятия делились, союзы писателей, журналистов, банки, холдинги, партии... Опыт учит, что рядовым гражданам от этого ни лучше, ни хуже не становилось. Ну, может, только тогда, когда денежки наши прикарманивались аферистами. А в смысле веры и того проще. Пожертвования - дело добровольное. Облегчил карман - винить некого. А, может, главное - не убий, не укради, не лжесвидетельствуй... И прибудет со всяким Господь. В расколе или не в расколе. Аминь?

Ирина МАШНОВА.