На днях прочитала интересную информацию - в одном испанском городке ввели домоводство для мальчиков. Как было написано, для исключения гендерного неравенства.
В нашем детстве таких слов никто не знал. А вот домоводство было. Я училась в деревенской школе, там и тогда особого наплыва городских учителей не было, поэтому историю, черчение и рисование вел бывший фронтовик Альберт Павлович, а ботанику, анатомию и домоводство Алевтина Петровна.
Так вот, о домоводстве: весь наш пятый класс, и мальчики и девочки, дружно постигали азы готовки и шитья. А в седьмом классе ходили мы все вместе на труды в школьную мастерскую и учились пилить, сверлить и колотить.
Собственными руками я из металлической заготовки сделала молоток - до сих пор горжусь этим, а трудовые навыки пригодились потом и в собственном доме, и на даче: могу и гвоздь забить, и дрова распилить, и пробки ввернуть. Читаю про испанских подростков - первые уроки для них оказались необычными, дескать, что там эта женская работа, зачем она нам, да и вообще она для девочек.
Вспоминаю, что и у наших мальчишек вначале было тоже такое же отношение. Может быть, даже еще сильнее: в селе мужики редко помогали женам по дому. И сыновья тоже следовали их примеру. Сейчас-то, в принципе, все-таки молодые люди хоть в магазин ходят вместе, а лучшие «образцы» даже помогают любимым девушкам на кухне. Жаль, не все…
Когда испанские мальчики начали гладить свои рубашки, выяснилось, что эта «женская» работа не такая уж и легкая. Как и чистка ковра, и уборка с вытиранием пыли и мойкой пола, и приготовление простой яичницы. Хорошо, что научились!
Я к чему это все написала? Неплохо бы и в наших школах ввести подобные уроки. Считаю, что навыки домоводства никому не будут лишними. Конечно, хорошо, что у нас в Хабаровске сейчас есть и услуга «Муж на час», и сайт «Сделай дело», что по утрам можно сбегать позавтракать в кафешку, а вечером сходить в ресторан - правда, постоянно деньги для этого требуются!
Мне кажется, что это, в общем-то, позор, когда мужчина не в силах прибить полочку или сварить пельмени, а женщина элементарно не умеет пришить пуговицу.
Все идет из семьи. Если сын моих знакомых привык, что неработающая мама всю жизнь прислуживает отцу - подай, принеси, то и он, женившись, требует от молодой жены того же. За столом как барин: «Галя, принеси мне вилку, Галя, поменяй мне тарелку…» А ведь Галя точно так же работает, как и он! Поэтому возникают трения: мол, встань сам и возьми.
Мамы воспитывают сыновей-барчуков, не приученных делать домашнюю работу. Девочек все же пытаются учить хоть каким-то элементарным вещам, но не все они желают учиться. Вот и появляются «пробные» семьи, когда сходятся двое неумех, и семейные лодки благополучно разбиваются о быт, едва возникают первые трудности.
И разбегаются к мамам взрослые дети из-за пересоленного супа, недоваренной картошки и пригоревшей яичницы. А мамы потом в ужасе пересказывают подругам: «Она такая грязнуля - везде пылища, посуда немытая, сыну даже рубашку не может погладить!», «Он целый день на диване в «танчики» играет, в ванной штора упала - не может повесить, у шкафа дверца разболталась - не знает, как укрепить!».
Еще в XV веке Себастьян Брант написал: «Ребенок учится тому, что видит у себя в дому. Родители - пример ему…». Прошли века - а истины все те же!

Другие материалы выпуска «Читатель - газета»