- Вы читали эту сказку? - спросила Галина Медведева и раскрыла Уголовный кодекс на странице со статьей 145.1 «Невыплата заработной платы, пенсий, стипендий, пособий и иных выплат». - Когда законодатель внес эту статью в федеральный закон, а президент Путин пообещал бдительно следить за тем, чтобы законодательство в этой части неукоснительно соблюдалось, многие поверили в то, что закон и справедливость - понятия одного ряда. Но я пришла, чтобы рассказать вам другую историю… Как моя семья судилась с работодателями из-за зарплаты, а в результате оказалась у них в долгу.

В «двух словах» история эта такова… Отец и сын Медведевы два года гнули спину на лесозаготовительное предприятие «Гербилес» из Верхнебуреинского района, учредителями которого являлись супруги Наумовы. Наумовы лес продавали и, можно догадаться, не бедствовали. Медведевы лес валили, трелевали, грузили, но нищали, перебиваясь символическими авансами. В конце концов предприятие «Гербилес» было объявлено банкротом. Работодатели отказались заплатить Медведевым 140 тысяч рублей заработной платы. Медведевы подали в суд на «Гербилес». Суд постановил - долг взыскать! Но судебных приставов сегодня с трепетом ждут вовсе не Наумовы. Завтра приставы придут к Медведевым, чтобы описать последнее имущество, представляющее ценность, - холодильник, телевизор, стиральную машину… Вырученные деньги пойдут в погашение имущественных претензий Наумовых…
«Гербилес» давно исчез
О супругах Наумовых и их лесном бизнесе наша газета уже писала в июне 2002 года в публикации «Чем дальше в лес, тем доллар зеленее». И супруги Наумовы из-за той публикации с нами тоже судились. Хотели получить с редакции 73 тысячи рублей компенсации морального вреда. Для некоторых судебные споры - такой же источник дохода, как лиственница или ясень. А уж супругам Наумовым судиться не привыкать!
Все началось с регистрации в Верхнебуреинском районе лесозаготовительного предприятия под названием «Гербилес», соучредителями которого выступили Татьяна и Сергей Наумовы с предпринимателем Борисом Отясовым на равных паях. При этом Борис Отясов был назначен генеральным директором, а Татьяна Наумова - его заместителем по производству. Но равноправного бизнеса у компаньонов не получилось, несмотря на то, что лесные участки им достались практически нетронутые и многообещающие. Прошло какое-то время, и предприятие «потонуло» в судах и дележе.
Сегодня уже нет никакого смысла выяснять, кто кого уличил в финансовой нечистоплотности и прочих некрасивых махинациях вроде подделки документов… В нашем случае важно констатировать одно. Супруги Наумовы решили потеснить своего партнера: провели собрание учредителей, уволили Отясова и назначили директором… саму Татьяну Наумову.
Понятно, что Отясов с таким положением вещей не смирился. Длинная судебная эстафета со временем парализовала работу на делянах. Между тем, у работников «Гербилеса» сложилось впечатление, что катавасия с развалом предприятия была хорошо спланированной акцией, позволившей увести «налево» леса на сумму больше миллиона американских долларов. Не случайно управлением ФСНП России по Хабаровскому краю в отношении Татьяны Наумовой было возбуждено уголовное дело по статье 199 УК (уклонение от уплаты налогов), которое в 2002 году было прекращено по амнистии.
Эти смутные времена застали отца и сына Медведевых на делянах «Гербилеса». Они приезжали работать сюда вахтовым методом из поселка Березовый Солнечного района. Сын работал вальщиком, отец - водителем на автомашине «Урал-375».
Известие о банкротстве предприятия волей случая застало главу семейства именно в поселке Березовый, куда он был откомандирован Семеном Старковым, временно исполняющим обязанности директора, за запчастями и горюче-смазочными материалами. Старков должен был прибыть в Березовый следом за подчиненным, чтобы произвести расчет. Он и приехал. Но без денег и без полномочий. «Конец «Гербилесу»! - сказал он Виталию Медведеву. - Лицензию отобрали. Имущество арестовано. Введено конкурсное управление…»
- А как же машина? - спросил Медведев.
- Ты собираешься ее гнать за свои деньги? - махнул рукой Старков. - Поставь на прикол где-нибудь. Там разберемся…
Медведев поставил «Урал» на своем подворье. А спустя время поехал в Чегдомын требовать расчета. Там же, в Чегдомыне, отец и сын Медведевы подали исковые заявления в суд - о взыскании с должника невыплаченной заработной платы. Суд принял решение о взыскании: 80 тысяч рублей - отцу, 60 тысяч рублей - сыну.
Да только взять с «Гербилеса» было к тому времени нечего. Арбитражный управляющий Виктор Зимирович Медведев так и сказал: «Ни кружки, ни ложки… Одни долги!»
- А как же «Урал»? - спросили Медведевы.
- Какой «Урал»? - удивился арбитражный управляющий. И, выяснив обстоятельства дела, выдал кредиторам бланк со своей фирменной печатью. Там говорилось: «Я, конкурсный управляющий ООО «Гербилес», не возражаю против передачи автомобиля «Урал» гос. номер 49-09 ХБХ в счет погашения долга по исполнительному листу №2-719 от 14.10 2002 года. С основным кредитором - налоговой инспекцией - согласовано». Печать, подпись.
Только не подумайте, что стоимость машины сколько-нибудь серьезно покрыла задолженность ООО «Гербилес» перед Медведевыми. Машина была старая. Рыночную ее стоимость судебный эксперт в последующем оценит в 15800 рублей. Но, как говорится, с худой овцы хоть шерсти клок. За коммунальные долги у Медведевых как раз забрали телевизор. Нужда допекла.
Но воспользоваться «клоком шерсти» отец и сын не успели. Как только они вернулись домой, на подворье пожаловали гости - супруг Татьяны Наумовой с представителями местного предприятия ООО «Ресурс». Пришли за машиной. Оказалось, что машина продана ООО «Ресурс».
«Как так?» - удивится читатель. И Медведевы удивились тоже. Показали документы об исполнительном производстве в отношении «Гербилеса», распорядительное письмо арбитражного управляющего…
Покупатели ушли. Но не заставили себя ждать. ООО «Ресурс» тут же обратилось в суд с иском к Медведевым об истребовании имущества из незаконного владения, ссылаясь на договор купли-продажи «Урала». Медведевы подали встречный иск - о признании договора купли-продажи недействительным.
«Урал» под арестом
Состоявшийся суд высветил любопытные подробности сделки. В 90-х годах автомобиль «Урал» был приобретен администрацией Верхнебуреинского района для нужд местного коммунального предприятия. В 1996 году ММПП ЖКХ решило продать машину Ургальской нефтебазе. И она… исчезла!
Нет… «Урал» не попал в аварию, и на запчасти его не разобрали. Он работал сначала на нефтебазе, а потом - в «Гербилесе». Просто на учет в ГИБДД автомобиль никто не ставил, документов о купле-продаже не оформлял. Так злополучный «Урал» и эксплуатировался до самого банкротства предприятия в июле 2002 года. Баранку на нем крутил как раз старший Виталий Медведев…
Фактически автомобиль, конечно, принадлежал «Гербилесу». А юридически - тому, кто значился его собственником в техническом паспорте. Нетрудно догадаться, что значилось там муниципальное коммунальное предприятие, давным-давно забывшее о проданном «Урале». И этим обстоятельством воспользовались…
ООО «Ресурс» представило в суд договор купли транспортного средства, датированный 13 ноября 2002 года. В нем говорилось, что ММПП ЖКХ в лице директора О. Погореловой продает ООО «Ресурс» в лице гражданина В. Шумилина автомашину «Урал-375» за пять тысяч рублей. За ООО «Ресурс» по доверенности расписался С. Наумов. Договор был составлен, по всей видимости, на бегу, поскольку С. Наумов расписался в нем за продавца, а О. Погорелова - за покупателя. Странная небрежность, вам не кажется? И это не единственная странность этой истории…
Начать хотя бы с того, что по закону для продажи «Урала» (раз уж таковой документально числился муниципальной собственностью) О. Погореловой требовалось получить официальное разрешение от комитета по управлению имуществом администрации Верхнебуреинского района. Такого разрешения получено не было. Уже одного этого обстоятельства было достаточно для того, чтобы признать в суде договор ничтожным. Но…
Судебные перипетии Медведевых, равно как старая муниципальная машина, никого в районной администрации не затронули и не заинтересовали. Комитет по управлению имуществом попросту отмахнулся: претензий не имеем. Ну, продали - и продали… Столько воды утекло с тех пор…
И впрямь, «воды» в этой истории оказалось немало… Основной свидетель Погорелова сразу же после заключения сделки из ММПП ЖКХ уволилась, а само предприятие прошло процедуру банкротства. Приходного ордера или квитанции, которые подтвердили бы, за какую цену машина продана, никто из заинтересованных лиц предоставить не смог. Такое ощущение, что их не было вообще… В общем, полная сумятица и неразбериха, наводящая на мысли, что договор купли «Урала» был просто фикцией.
Вот и суд в процессе разбирательства склонился к тому же мнению, указав в мотивировочной части решения, что «договор купли-продажи между ММПП ЖКХ и ООО «Ресурс» не соответствует требованиям закона», а потому считается недействительным. Суд счел возможным передать автомобиль Виталию Медведеву в погашение долга «Гербилес». Ура!
Однако Медведевы явно поспешили праздновать победу! Когда арест со спорного автомобиля был снят, они продали его по запчастям, чтобы хоть как-то свести концы с концами. И тут выяснилось, что надзорная инстанция решение отменила, что дело отправлено на новое рассмотрение. А к новому рассмотрению супруги Наумовы припасли новый козырь - квитанцию с печатью некого предприятия «Русь» (где, кстати, работала в свое время Татьяна Наумова). Квитанция свидетельствовала о том, что много лет назад Наумовы купили двигатель для спорного «Урала». Купили и установили. Стало быть, Медведевы никакого права распоряжаться машиной не имеют, ибо это уже не совсем муниципальное имущество. И администрацию из-под удара вывели, которую впору было судить за разбазаривание имущества, и себя вывели - прямо в дамки!
Потому что при новом раскладе решение суда было вынесено диаметрально противоположным - Медведеву в иске отказать, автомобиль передать владельцу - ООО «Ресурс».
Между тем, «Урал» на тот момент был разобран и продан. И покупателям из «Ресурса» это было хорошо известно (в маленьком поселке все на виду). Но они качать права к Медведевым почему-то не приходили. И даже не считали нужным скрывать, что машина их интересует мало, если не интересует вовсе… Это проблема доверенных лиц!
Таким образом на судебной сцене остались только два противника - Медведевы и Наумовы. Медведевы вырученные деньги за машину, по сути, промотали на суды и адвокатов. То есть остались ни с чем. Главу семьи все эти перипетии уложили на больничную койку. Три инфаркта! Представлять интересы супруга в краевой центр выезжала супруга - Галина Медведева. Ее доводы остались без внимания. Последнее решение надзорной инстанции, вынесенное недавно, определило собственником спорного «Урала» опять-таки ООО «Ресурс». Галина Медведева написала жалобу в Верховный суд. Но мало вероятно, что там будут руководствоваться понятиями справедливости, а не нормами материального права. У кого техпаспорт на машину, тот и собственник. Точка!
Не царская эпоха!
А что же Наумовы? А Наумовым, пожалуй, все равно: есть машина, нет машины… Ее стоимость они взыщут с Медведевых все равно.
Подобные тяжбы работодателей со своими вчерашними работниками - явление типичное для нашего времени. При этом неважно, кто является должником - частное предприятие или муниципальное. Проще обанкротить предприятие и оставить всех «с носом», нежели сохранить производство и платить по счетам. У нас и под уголовную ответственность попадают, как правило, не самые плохие руководители - те, кто бьется за спасение предприятий до последнего (показателен пример директора завода «Дальдизель»).
У банкротов другие поля сражений - судебные. Ни для кого давно уже не секрет, что многие предприятия банкротятся их «хозяевами» намеренно. Цель - деньги, уход от налогообложения, передача собственности в другие руки. Когда доходит до исков по заработной плате, все имущество оказывается «записано» на новых владельцев - доверенных лиц. Это как с алиментщиками, которые ездят в автомобилях «по доверенности», живут в меблированных квартирах и держат деньги на пенсионных счетах собственных родителей, чтобы не содержать брошенных детей.
Что можно посоветовать Медведевым в такой ситуации? Тоже переписать пригодное к продаже имущество на дальних родственников и друзей? Хитрости нужно учиться у противника. Иначе господа-банкроты всю жизнь будут кормиться за счет таких вот добросовестных тружеников. Очень, знаете ли, похоже на историю Салтыкова-Щедрина о том, как один мужик двух генералов прокормил.
Призывать к правовому нигилизму мы, конечно же, не станем. Но если все правовые институты, инспекции, комитеты и арбитражные управляющие не способны помочь человеку вернуть честно заработанные деньги, то завтра эта несостоятельность вполне может выйти боком всему обществу. «Грабь награбленное!». Иногда кажется - только крикни!
В селе Дормидонтовка Вяземского района бывшие работники МУП ЖКХ «Факел» с июля митингуют по поводу невыплаченной зарплаты. На месте «Факела», признанного банкротом, появилось МУП «Северное». Но люди не могут взыскать долги ни по старому месту работы, ни по новому… «Как жить? Где искать справедливости?» - вопрошают они в своем письме в редакцию. Может, и им поискать на коммунальном подворье «неоприходованный «Урал»?
Шутки шутками… Но в Читинской области работники коммунального предприятия принципиально разобрали по запчастям автомобиль своего начальника. Таким образом они выразили свое недовольство по поводу банкротства предприятия и невыплаты долгов по заработной плате. Пресса полна похожими «сенсациями»: работники подпалили киоски хозяина, разбили витрину магазина, сломали дорогое оборудование. Есть и крайние случаи со стрельбой и поножовщиной.
Трудно сказать, чем закончится конфликт Медведевых с Наумовыми… Мало вероятно, что он исчерпает себя вердиктом Верховного суда. А правовой нигилизм - доказано! - возникает там, где утрачена вера в справедливость. Банкротство - самое больное место в этом смысле.
Нынешний закон «О несостоятельности (банкротстве)» считается хорошей попыткой совершенствования законодательства в отношении процедуры банкротства и защиты интересов работников должника. Он гарантирует привилегированное положение при удовлетворении требований работников, нераспространение моратория на выплату заработной платы, защиту от увольнения при продаже предприятия, обязывает органы исполнительной власти принимать меры по созданию новых рабочих мест при банкротстве градообразующих организаций, а должника - меры по переквалификации работников. Но он никоим образом не мешает работодателям готовить «плановую несостоятельность» и «терять» деньги на пути к конкурсному управлению.
Между тем, в царской России проблема решалась просто. Обязательства предпринимателя-банкрота работникам удовлетворялись в полном размере и в первую очередь. Сокрытие же имущества и доходов несостоятельного должника каралось взысканием с сокрывшего полной их стоимости. Не заплатишь - попадешь в долговую яму. С укрывателями банкротов закон требовал поступать как с укрывателями преступников.
Что ж… Российские умельцы-банкроты в этом смысле родились своевременно. А вот Медведевым не повезло. «Урал» по доверенности» проехался по ним, как каток. Остались только рожки да ножки. Ах да! Еще телевизор и холодильник… Но и те скоро отойдут вчерашним работодателям… По закону, не по справедливости!

Ирина МАШНОВА.