Наши верноподданные патриоты и русофилы категорически не приемлют сопоставления нашей жизни с американской действительностью. Мол, Соединенные Штаты нам не указ. Не указ - это верно, но ведь не с Монако или Андоррой сравнивать Россию. Да и лучшему поучиться у кого угодно не зазорно.

Вот пример, который недавно привел президент Путин, когда шла речь о национальной программе жилищного строительства: в прошлом году в Америке из всего построенного жилья восемьдесят процентов возведено быстросборным модульным методом и только двадцать - по традиционной технологии, то есть из кирпича и железобетона. В этой стране давно и успешно решена жилищная проблема. А мы в ней пурхаемся испокон века. Даже построенные ударными темпами уродливые «хрущевки» не спасли нас от жилищной мороки. А между тем и у нас есть возможности достаточно быстро и без всенародной натуги решить эти трудные вопросы. Ведь мы до предела консервативны в жилищном строительстве: по быстросборной технологии у нас не строят и одного процента домов.
В предпоследнем десятилетии прошлого века по решению Совета Министров СССР в Хабаровске был создан экспериментальный завод по строительству зданий и сооружений модульного типа. Одновременно с ним подобное предприятие появилось и в Иркутске. Но у сибиряков был другой уклон - в сторону промышленных объектов. А хабаровский завод был нацелен на жилищное строительство. Можно сказать, что его возникновению способствовало развернувшееся особенно широко в те годы строительство Байкало-Амурской магистрали. В притрассовых поселках и на вахтах нужны были жилые дома, больницы, клубы и прочие объекты соцкультбыта. Рассчитывали, что завод заказами будет загружен, как говорится, под завязку. На предприятии была создана проектная группа, которая к сегодняшнему дню разработала более ста двадцати проектов зданий и сооружений самого различного типа и назначения. Было приобретено современное высокопроизводительное оборудование, «подогнанное» под финскую технологию. Кстати, эту технологию выбрали совсем не методом тыка, а поездили по миру, побывали в Канаде, Японии, Скандинавии и, тщательно сверив все варианты, сделали свой выбор.
Роль заводу отводилась важнейшая. Правда, с названием, тем более в сравнении с нынешними порой вычурными вывесками, ему явно не повезло - «Стройконтейнер» (в переводе на понятный русский язык «контейнер» означает бак, резервуар, ящик, съемный кузов. - Л.Г.). Но с годами название примелькалось, к нему привыкли.
И генеральный директор завода Виктор Лихачев, и его ближайшие коллеги, да и рабочий у станка считают это предприятие уникальным. Потому что с его помощью можно решить многие социальные проблемы на территории всего Дальнего Востока. И мощностей хватит, и опыта уже не занимать.
В октябре 1986 года последний вагон с грузом из-за границы прибыл на место строительства завода. И с шеф-монтажниками из шведских, финских и итальянских фирм-поставщиков едва ли не каждый узел станков Лихачев ощупал своими руками. А первой продукцией завода стал профилированный лист для строительства Ровенской атомной электростанции. Можно представить не только ответственность этого заказа, но и степень высокого доверия коллективу завода. А уж его-то Лихачев собирал если не с бору по сосенке, то самым тщательным и придирчивым образом. А когда завод вышел на исходные позиции и оказался готов выпускать дома и прочее для отдаленных районов, в чем нужда там была уже самая крайняя, отношение к «северам» поменялось до наоборот.
Да что там какие-то Чумикан или Арка, если глава российского правительства той поры «ляпнул», что даже город Комсомольск перспективы не имеет и экономического интереса для России не представляет. Так надежда поработать на обустройство северных поселков лопнула. О получении таких заказов можно было забыть надолго. Угроза законсервировать завод стала реальной. Но на «Стройконтейнере» не сидели сложа руки, не ждали визитов заказчиков, а сами искали их и предлагали свои услуги. Например, завод был готов даже изготовлять комплексы автобусных и трамвайных остановок. Он занялся выпуском сборных деталей для монтажа автозаправочных станций, спрос на которые появился. Большой заказ он получил вскоре от АО «Али» для обустройства торгового центра на улице Выборгской. И хотя все это было хоть каким-то подспорьем, поддерживающим предприятие на плаву, а все же для столь мощного и современного производства такие заказы были сущей мелочовкой.
Пожалуй, поворотным моментом в судьбе завода было вот какое событие. Во время очередной командировки в Москву Лихачев нанес визит заместителю генерального директора компании «Старстрой» Владимиру Кухореву. В прежние годы Кухорев был заместителем министра «Востокстроя» и хорошо его знал. Теперь же «Старстрой» выиграл тендер на строительство нефтегазопровода на Сахалине, и через него уже «Стройконтейнер» получил заказ на выпуск домиков для вахтовых поселков на островной трассе. Это не только укрепляло финансовое положение, но и поднимало престиж в глазах и заказчиков, и конкурентов. А они, оказывается, внимательно следили за тем, как живет хабаровский «Стройконтейнер».
Когда компания «Старстрой» приобрела права на строительство нефте- и газопровода на Сахалине, «Стройконтейнер» и новосибирская фирма «Канадский дом» выиграли тендер на изготовление общежитий, гостиниц, бань, медпунктов и прочих объектов соцкультбыта. Хабаровчане быстро развернулись и начали без задержек отправлять на Сахалин сборные конструкции.
Как говорится, скоро сказка сказывается, да не скоро дело делается. Хабаровский завод «Стройконтейнер» оказался чрезвычайно неудобным конкурентом и для отечественных, и для иностранных домостроительных компаний. Хабаровчане выдавали продукцию порой намного лучшего качества и не задирали цену до немыслимых размеров. Разумеется, конкурентам это не нравилось и они делали все, чтобы вытеснить хабаровчан с рынка. Порой им это удавалось. И запредельные поставщики сборных конструкций гнали на Дальний Восток свою дорогущую продукцию. Впрочем, гонят и по сей день. Гадать, почему это происходит, не стоит. Потому что еще одна беда разрослась до невиданных прежде размеров: жульничество, взяточничество, подкуп. У нас всю эту подлянку стеснительно называют иностранным словом - коррупция.
Голубая мечта Виктора Лихачева и его сподвижников - начать выпускать жилые дома по самым различным проектам. Дешевые, удобные, на любой вкус и запрос. Станет ли национальный проект жилищного строительства, продекларированный недавно, стартовым рывком в этом общенародном деле? «Стройконтейнер» готов к этому рывку. Уже нескрываемую неприязнь вызывают многоэтажные монбланы, поднявшиеся на чуть ли не заоблачную высоту. Понятно, что в них никогда не будут жить даже люди со средним достатком. 800-900 у.е. за один квадратный метр мало кто наскребет в своих скудных накоплениях. Да и жить в этих высотных катакомбах удовольствие ниже среднего. Жить надо ближе к земле.
На территории завода стоит готовый, обставленный необходимой мебелью одноэтажный коттедж. Здесь есть все для комфортного проживания семьи из четырех-пяти человек.
- Мы можем выполнить любой каприз заказчика, - говорит технический директор завода Вадим Мысник. - Наш завод мог бы много сделать для тех, кто намерен приехать на жительство на Дальний Восток. Или такая программа, как развитие агропрома. На селе нужны медики, учителя, связисты, участковые уполномоченные. Поставим, допустим, фельдшерско-акушерский пункт и тут же жилье оборудуем для медработника. Опорный пункт милиции и рядом - дом участкового. А сколько ветхого жилья сегодня и на Транссибе, и на БАМе, и в северных районах…
Конечно, признаются на заводе, надо снижать цену. Но чем ее сбить? Древесину, фанеру, оргалит на завод везут из Иркутской области. Там этот стройматериал дешевле, потому что у иркутян тариф на электроэнергию в несколько раз ниже нашего. Если бы у нас по-настоящему занялись распиловкой древесины, если бы возродили производство фанеры, ДВП и ДСП, дело бы по-другому пошло.
На заводе, как опытные домостроители, недоумевают: дескать, зачем в селе при строительстве небольших жилых домов выкладывать стены из кирпича толщиной 60-80 сантиметров? Дорого, разорительно. А в таких домах, какие выпускает «Стройконтейнер», живут на Аляске и в других северных местах. Самый богатый человек России предприниматель Роман Абрамович такие дома закупил не только для Чукотки. Санкт-петербургская фирма «Полиметалл», разрабатывающая у нас Хаканджинское месторождение золота, строит вахтовые поселки из домов хабаровского «Стройконтейнера». Из них же вырос вахтовый поселок на 350 человек у месторождения золота «Лунное» в Магаданской области. Семнадцать поселков вдоль железной дороги Улак-Эльга в Якутии тоже выстроены из домов хабаровского завода. Для работающих на сахалинском шельфе отправлено несколько десятков общежитий, клубов, бань. А после природных катастроф на Сахалине, Камчатке и других сейсмически неспокойных местах «Стройконтейнер» выполнял срочные заказы на жилье для нефтяников, шахтеров, пограничников.
А все-таки придет, не может не прийти, то время, верят на заводе, когда мы начнем строить не высотные гиганты с дорогими казематами стиснутых со всех сторон квартир, а мини-спутники городов. Опять же, как в Америке. Да и на территории Хабаровска множество пустырей. Вот бы застроить их индивидуальными домами микрорайонов. С красивой планировкой, пешеходными дорожками. А при каждом доме - земельный участок. Но тут вот какая заковыка. Такие микрорайоны нужно обеспечить теплом, электроэнергией, водой и так далее. Но и энергетики, и водопроводчики за прокладку систем жизнеобеспечения заломят такую цену, что заказчику такие расходы не потянуть. Тут должны быть приведены к согласию интересы трех сторон: заказчика, исполнителей и власти. Возможно ли это?

Леонид ГАПИЧ.