Закончившийся на прошлой неделе во Владивостоке международный кинофестиваль стран АТР «Меридианы Тихого» (сами организаторы, да, впрочем, и большинство гостей предпочитают называть его на англоязычный манер - «Пацифик Меридиан») существенно отличался от трех предшественников. Околокиношных тусовок было меньше.

Зато при фестивале появилась своя киношкола, собравшая творческую молодежь, не просто всем искусствам предпочитающую кино, но и полную решимости делать это самим.

Беззвездный бульвар
В этом году на «Меридианах Тихого» даже самые идейные папарацци могли отдохнуть и с чистой совестью сделать то, что люди их профессии на кинофестивалях обычно не делают - сходить в кино. Звезд на фестивале практически не было. «Тихоокеанская звезда» уже писала об этом в репортажах с места события. Все-таки, как бы ни были популярны в народе Наталья Крачковская и Никита Джигурда, они - герои вчерашних дней. К тому же, в Приморье они, а также еще с десяток артистов, уже четвертый год приезжают аккуратно в августе, чтобы проехаться по городам и весям. Приморчанам - радость, а артистам - приличная прибавка к пенсии. К тому же - бархатный сезон, море, солнце. Наталья Крачковская, например, не отказалась от поездки, несмотря на больную ногу. Правда, в этом году не было другой постоянной участницы приморских кинопередвижек - Риммы Марковой.
Но в звездных табелях о рангах сегодня на первых местах совсем другие люди. А они во Владивостоке не появились. В прошлом году в окрестностях кинотеатра «Океан» и гостиницы «Владивосток» можно было встретить Евгения Сидихина, Валерия Николаева, Андрея Федорцова, Елену Яковлеву и других узнаваемых персонажей сегодняшнего кино. Ныне на набережной мелькали лишь сын знаменитого владивостокчанина Юла Бриннера Рок Бриннер в неизменной черной шляпе набекрень и черно-белых туфлях, да неспешно прогуливающаяся поутру чета Дыховичных. Рок Бриннер в Приморье уже почти свой, родной, а Иван Владимирович с супругой светились таким тихим семейным счастьем, что нарушать их уединение было бы поступком непозволительным. Кшиштоф Занусси занимался с молодежью, пробующей снимать кино, а Рената Литвинова прилетела под самый конец фестиваля всего лишь на сутки и на публике появлялась очень эпизодически.
Отдельной группкой передвигалось по фестивальным площадкам молодое поколение российских кинематографистов - режиссеры Николай Хомерики, Катя Шагалова и Михаил Брашинский. Иногда им навстречу попадалась группа азиатских кинематографистов - тайский сценарист Прабда Юн, южнокорейский режиссер Ким Джи-вун и несколько менее именитых их коллег. Но пути этих групп не пересекались. То обстоятельство, о котором год назад говорил актер Юрий Назаров: россияне - сами по себе, иностранцы - сами по себе, сохранилось на фестивале и в этом году. Исключение составляла лишь пара из Канады - Чарльз Оффисер и Ингрид Венингер, которые еще в прошлый свой приезд завели во Владивостоке кучу друзей среди местных студентов и теперь веселились в их компании от души. Чарльз и Ингрид - одни из авторов фильма «Отель «Владивосток», который был снят во Владивостоке на видео во время третьего фестиваля экспромтом - всего за 24 часа. В этом году фильм представили в рамках «Меридианов Тихого» и показали по одному из местных телеканалов.
Программа пребывания гостей фестиваля на приморской земле тоже оказалась скромнее того, что было раньше. Нет, обильные банкеты никто, конечно, не отменял. (Злые языки утверждают, будто бы именно финальное застолье послужило причиной того, что на следующий день после раздачи призов не состоялась объявленная заранее пресс-конференция международного жюри фестиваля. А один из молодых российских режиссеров, улетавший в тот день в Москву, даже потерял свой авиабилет. Но это можно назвать рабочей атмосферой любого приличного российского кинофестиваля.) А вот, скажем, прогулки по морю на паруснике «Паллада» уже в этом году не было. Вместо этого гостям устроили автобусную экскурсию по Владивостоку, что вряд ли можно назвать равноценной заменой.

Как распорядиться козырями
Впрочем, звездное затишье имело свои плюсы - можно было смело отрешиться от суеты и сосредоточиться на кинопрограмме. При всех оговорках, что «Меридианы Тихого» на нынешнем уровне - явление достаточно локальное, у него есть все шансы на повышение статуса. Главный козырь Владивостока в этом отношении - его географическое положение. В странах АТР немало фестивалей с большим авторитетом и несравнимыми с «Меридианами» бюджетами - в Шанхае, Бангкоке, на Тайване. Но это фестивали именно азиатского кино. Американские киносмотры в Торонто, Монреале, Сандэнсе тоже ориентированы, прежде всего, на свое кино. На российских кинофестивалях азиатское и американское кино, в свою очередь, - гости крайне редкие.
Программа «Меридианов Тихого», надо отдать должное отборщикам, состоит из российских, азиатских и американских фильмов примерно в равной степени. Причем американских - это далеко не только США, а и Мексики, Канады, Чили. Нельзя забывать и Океанию. Австралийские картины «Смотри в оба» (конкурс, приз за лучшую женскую роль) и «Предложение» - кино очень высокого класса.
Культуры Азии, Америки и России очень разные. Даже отучившись в парижских или нью-йоркских киношколах, азиатские кинематографисты снимают фильмы, опираясь, прежде всего, на свои национальные корни и менталитет своих народов. И Владивосток вполне может стать признанным местом встречи кинокультур разных континентов. Но это пока прогноз. Для того, чтобы его реализовать, недостаточно составить отличную кинопрограмму, нужно работать над имиджем фестиваля, его продвижением в странах Тихоокеанского региона, созданием информационного пространства.

Снимать по-русски
Организаторы фестиваля накануне говорили о том, что в конкурс можно было заполучить много российских лент, включая уже нашумевшие на отечественных и международных киносмотрах. Выбор остановили на двух - «Нанкинский пейзаж» Валерия Рубинчика и «Странник» Сергея Карандашова, мотивировав это стремлением к максимальному жанровому разнообразию конкурсной программы. Фильмы известного режиссера Рубинчика и дебютанта в игровом кино Карандашова действительно совершенно разные.
«Нанкинский пейзаж» - сентиментальная история о любовном треугольнике, разворачивающаяся в послесталинской Москве, параллельно которой развивается повествование одного из героев о случае, произошедшем в Китае, где он жил в то время. Это добротное кино с любопытными визуальными решениями, разделяющими две сюжетные линии, и хорошими актерскими работами. Одну из главных ролей сыграл Константин Лавроненко, которого после венецианского хита «Возвращение» Андрея Звягинцева нигде не было видно. Роль парикмахерши Нади исполнила молодая актриса Дарья Мороз, у которой это уже третья заметная работа в этом году, после «Охоты на Пиранью» и «Точки».
Получивший главный приз «Странник» - своего рода «киножитие», и в этом он перекликается с последним фильмом Павла Лунгина «Остров», который закрывал нынешний Венецианский кинофестиваль. Главный герой фильма Федор становится отшельником после того, как он, единственный из друзей, остается в живых после некой трагедии. Он сторонится мирской жизни, изводит себя молитвами и постами, но сама мирская жизнь не отпускает его. После того, как убивают пригревшего его старца Иллариона, Федор возвращается к людям. Ему присущи и страх, и ненависть, и ревность. Он уже готов совершить убийство во имя мести, и в этот момент становится не просто свидетелем, а сотворцом чуда.
Режиссер Сергей Карандашов - ученик Алексея Германа. Отсюда тщательно переданный психологизм персонажей, стремление к почти документальной достоверности, повествование от лица ребенка. Все это давалось нелегко. Как рассказывал сам Карандашов, актеру Виталию Пичику, играющему Федора, чтобы вжиться в образ отшельника, пришлось жить и в подземном доте времен советско-финской войны, и в палатке в чаще леса. Причем из дота тот на вторые сутки просто сбежал после того, как ему начали сниться кошмары.
Еще один заметный фильм показали в рамках программы «Кино России» - «977» Николая Хомерики. История о сотруднике НИИ, который одержим поисками неких волн, излучаемых человеческим организмом, поначалу вводит в недоумение чрезмерно вялотекущим действием и акцентированием на пространстве, окружающем героев, но в финале оборачивается романтической драмой о всесокрушающей силе любви. Сам Хомерики говорит, что он снял романтическую комедию, и с ним можно даже согласиться, но это очень специфическая комедия.
Вообще, после просмотра нескольких десятков лент из самых разных стран можно сделать вывод, что центральные темы, волнующие кинематографистов, - это любовь, насилие и смерть. И особенно бескомпромиссно их сочетание передано в азиатском кино, где чрезмерная для европейца жестокость не является элементом эпатажа, а служит способом передачи философских идей.
Сегодня это - мейнстрим, в русле которого следует и азиатское, и российское, и американское, и австралийское кино. И, представьте, даже в американском фильме «Двенадцатилетние» на невинную, казалось бы, тему о взрослении подростков, ключевым смысловым словом является «смерть».

Дмитрий КОШЕВОЙ. (Наш спец. корр.)