В Хабаровске закончено расследование уголовного дела, по которому два члена «Союза русского народа» обвиняются в экстремизме. Подобное обвинение у нас в крае предъявлено впервые.

Они мало похожи на экстремистов. Точнее, совсем не похожи. Оба - люди верующие, смиренные. Один поет в церковном хоре, а одно время даже подался в послушники, собираясь постричься в монахи. Другой - примерный прихожанин.
Виктор Чулкин и Павел Оноприенко познакомились в церкви. Раскаявшиеся грешники сразу поняли друг друга. Чулкин к тому времени был судим за разбойное нападение, получил срок - восемь лет и шесть месяцев лишения свободы. Но за примерное поведение досрочно освободился. Оноприенко, будучи предпринимателем, привлекался к ответственности за то, что публично отказался платить налоги.
Спустя время Оноприенко и Чулкин оказались в откровенно националистическом «Союзе русского народа» - организации запрещенной. Председатель Амурского отдела «СРН» И. Терехов считал себя уполномоченным центральным руководством «Союза русского народа» создавать по всему Дальнему Востоку отделы. Во время очередного вояжа по городам и весям Терехов и познакомился в Хабаровске с двумя сочувствующими его настроениям - Оноприенко и Чулкиным. Им оказались близки идеи «СРН»: самодержавие, православие и народность.
В январе 2006 года они поехали в Благовещенск на учредительное собрание Амурского отдела союза. А в октябре учредительное собрание прошло уже в Хабаровске. Как установлено следственным отделом по Хабаровску СУ СК при прокуратуре РФ по Хабаровскому краю, проходило оно в автобусе, специально заказанном для этого Оноприенко, на улице Ленинградской. Словом, все было организовано по всем правилам конспирации.
На том подпольном собрании председателем избрали П. Оноприенко, человека не бедного, способного взять на себя какие-то расходы. Понятно, что рассчитывать на помощь центра не приходилось. Пресс-секретарем утвердили В. Чулкина.
Понятно, что всякая уважающая себя организация должна иметь газету, и они начали ее издавать. По обоюдному согласию назвали ее «Черносотенной газетой».
Собственно, ничего нового печатный орган миру не сообщил, повторив в очередной раз националистические идеи в самом разнузданном виде. Естествен но, главными виновниками всех несчастий России провозглашались иноверцы. «Россия должна принадлежать русским», - рубил Чулкин, к слову, бурят по национальности. Но, очевидно, для себя он делал исключение.
Верующий Чулкин не обошел вниманием самого патриарха всея Руси Алексия. Он многократно упоминает его мирскую фамилию - Ридигер, намекая, что и тут измена.
Любопытно, что деньги на газету собирали в храмах. И наивные прихожане жертвовали, не представляя, до чего договорится в публицистическом пылу Чулкин.
Готовую газету даже пытались напечатать в типографии, но ничего не вышло. В конце концов издали 500 и 900 экземпляров. Творение своих рук Чулкин и Оноприенко раздавали на улицах, пытались оставить на отделении журналистики в гуманитарном университете, вручали прихожанам.
Рассказывают, что настоятель храма Александра Невского отец Тихон, посмотрев «Черносотенную...», распорядился немедленно выбросить газету, а Чулкину запретил появляться в церкви.
Экстремистское сообщество в Благовещенске прекратило существование в мае 2007 года, после того, как Терехов был привлечен к уголовной ответственности. Хабаровский отдел «СРН» перестал существовать спустя полгода, когда началось расследование уголовного дела Оноприенко и Чулкина.
Стою, протестую, никого не трогаю
Год назад, как раз в день Пасхи, в Хабаровске был назначен концерт Бориса Моисеева. У театра музкомедии собралась группа людей с молчаливым пикетом против певца, который откровенно демонстрирует свою нетрадиционную ориентацию. Администрация театра, опасаясь, что концерт может быть сорван, вызвала милицию. Приехавший наряд предложил для составления протокола кому-нибудь проехать в милицию. Поскольку кроме Оноприенко и Чулкина среди протестующих оказались одни женщины, то мужчины и вызвались ехать.
К приезду Бориса Моисеева никого из протестующих не осталось, он так и не узнал, что в Хабаровске у него тоже есть активные непочитатели. Оноприенко как организатору пикета дали 15 суток и выписали штраф в тысячу рублей. Тысячей рублей за нелюбовь к Моисееву поплатился и Чулкин.
Защитники христианской морали требовали во время пикета «посадить содомитов на кол», указав, что «Борькам место у параши». Эксперты расценили подобные откровения как проявление крайнего экстремизма к сексуальным меньшинствам. А это тоже обвинение, усугубившее деяния двух членов «СРН».
Словом, дело по обвинению в экстремизме получилось, в общем-то, негромким. Во время следствия Оноприенко и Чулкин поддерживали друг друга. Заместитель руководителя следственного отдела по Хабаровску Ирина Глаголева вспоминала живые картинки. Пока следователь допрашивал Оноприенко, Чулкин стоял у здания следственного отдела с плакатом в защиту своего единомышленника. Граждане из соседних дворов, покинув насиженные лавочки, проявляли любопытство. Потом на допрос отправлялся Чулкин, Оноприенко вставал на его место.Но уже с плакатом в защиту товарища. И опять собиралась толпа зевак.
Совсем другое дело - случай, который произошел в первый день работы Международного экономического форума. Когда гости вышли на перерыв, молодые люди взорвали дымовую шашку и стали разбрасывать листовки. Милиция попыталась увести их, но молодые люди десятью парами наручников приковали себя к поручням ограды. Получилось эффектно, шумно, а главное - неожиданно.
Все время, пока стражи порядка расковывали узников, те с помощью бустеров, сотовых телефонов, которые позволяют выводить картинку происходящего прямо в Интернет, показывали все происходящее прямо с места события. Оказалось, это были «лимоновцы», которые как подпольщики добирались из Москвы в Хабаровск. Две группы ехали автостопом, на что ушла пара недель, одна прилетела во Владивосток, а уже оттуда - в Хабаровск. Такая вот конспирация.
Сделав свое дело, нацболы попытались раствориться в городе, но были пойманы. Их посадили в самолет и отправили домой в Москву. «За чей счет?», - поинтересовалась я. «Компании «Дальавиа».
А двое - парень и девушка - задержаны и помещены в СИЗО. Возбуждено уголовное дело, их будут судить. Интересно, что экстремистам по 18 лет. Но они, как сказал зам. начальника УБОП по Хабаровскому краю Вячеслав Бирюков, уже профессиональные революционеры. Молодые люди побывали в рядах оппозиции в Белоруссии и на украинском майдане.
Возможный срок и пребывание в тюрьме они воспринимают как неизбежность. Она их не пугает, они примеривают нимб мучеников. Интересно, за какую такую идею?
Что это, игра? Риск, опасность, конспирация разгоняют кровь? Но итог ее не столь романтичен, ибо кончается нарами и обществом уголовников, которые не изъясняются на иностранных языках, не считая, конечно, матерного.
Оноприенко и Чулкин тоже не боятся пострадать. Они считают себя жертвами, готовыми нести свой мученический крест.
Опасные игры, где человек теряет чувство реальности, часто заканчиваются трагически. И почти всегда бесславно. Истина для несостоявшихся героев.

Елена Ищенко.