Во вторник, 11 ноября, «Комсомольская правда» опубликовала несколько материалов о трагедии на подлодке «Нерпа». В частности, газета рассказала подробности о гибели Александра Нежуры (во вчерашнем номере «Тихоокеанской звезды» уже сообщалось, что Саша отдал свой противогаз отцу, а сам погиб).

Владимир и Александр Нежуры отправились в это плавание вместе. Это была первая командировка для сына.
25-летний Александр мечтал, как отец, строить и испытывать подлодки. Парень был счастлив, когда устроился на Амурский судостроительный завод - мечта осуществилась. Его отец Владимир построил 13 таких лодок.
Страшнее всего для родных экипажа «Нерпы» стала неизвестность в первые часы после трагедии.
Первая информация о погибших и выживших, как сообщает «Комсомольская правда», стала появляться в воскресенье к вечеру. Но полный список не обнародовали. Поначалу местные власти Большого Камня пообещали предоставить его к 18.00 10 ноября, но и через два часа, и три судьба людей оставалась неизвестной.
- Точный список экипажа есть только у капитана лодки, помощника и старшего помощника капитана, - объяснил бывший офицер-подводник. - До последних минут выхода состав экипажа может меняться. И окончательный список составляют уже в море.
Вся эта информация считается для служебного пользования. Чтобы ее обнародовать, надо получить разрешение вышестоящего командования. Потом списки сверить с предварительными данными о пострадавших. Отсюда и проволочки. Кстати, как заверяют военные моряки, персонально оповещать родственников о состоянии членов экипажа командование корабля не обязано. Даже если человек погиб, об этом, как правило, сообщают в течение трех суток, когда установлены предварительные причины гибели.
Конечно, сейчас ситуация не такая дикая, как восемь лет назад с «Курском». Тогда взвинченных до предела людей держали в неведении вообще несколько дней.
В госпиталь Тихоокеанского флота приморского города Фокино, куда в ночь на 9 ноября доставили пострадавших с АПЛ «Нерпа», журналисты прокрались единственно возможным способом - через дыру в заборе. Четверо пострадавших - мичман Денис Кашеваров и слесари-монтажники Сергей Аньшаков, Александр Дерин и Виктор Рифк - вышли из палаты травматологического отделения на солнышко покурить.
- Я отдыхал после вахты, - тяжело вздыхает Виктор Рифк. - Вдруг сверху прямо на меня пошел фреон. Подействовал как наркотик. Я потерял сознание и очнулся уже на борту корабля «Адмирал Трибуц».
Жильцы злосчастного второго отсека АПЛ «Нерпа» получили две фреоновые атаки - одну за другой. Первая противопожарная доза предназначалась именно этому помещению подлодки, а вторая должна была блокировать пожар в случае его возникновения в первом - торпедном - отсеке. Но, как предполагается, из-за сбоя в программе обе дозы «упали» в жилой отсек номер два.
- После того, как сверху на нас буквально полился сжиженный газ, - вспоминает Сергей Аньшаков, - я услышал ревун (аварийную сигнализацию). И следом крик старпома: «Включить ПДА!».
ПДА - это персональный дыхательный аппарат (в просторечии - противогаз).
Перед выходом в море 31 октября прямо на пирсе завода «Восток» в Большом Камне сдаточная команда судостроителей прошла инструктаж, как этим ПДА пользоваться.
- Он простой в употреблении, - уверяют рабочие. - Но когда его надеваешь, надо подрегулировать под себя маску и включить кислород. Все сделал - и дыши 20 минут.

Версии специалистов
Николай МАРКОВЦЕВ, капитан 1 ранга запаса, отслужил 7,5 лет на атомных субмаринах на Камчатке, затем в ФСБ курировал подводный флот:
- Узнаем ли мы правду о ЧП, будет зависеть от решения комиссии, которая сейчас расследует аварию. Не сомневаюсь, что информацию постараются свести до минимума. Я уверен, что был какой-то фактор, из-за чего сработала система пожаротушения - либо повышение температуры в отсеке, либо задымление. Только при пожаре может быть такое количество жертв.
Что касается того, что большинство погибших - гражданские специалисты, из своего опыта знаю, что инструктаж сдаточной команды проводится формально. Сплошь и рядом ходят по подлодке, как по заводу, без портативных дыхательных аппаратов (ПДА). Положение по борьбе за живучесть предписывает иметь при себе ПДА даже в койке. Тем более в состоянии погружения это вопрос жизни и смерти.
Николай МЕЖОНОВ, капитан 2 ранга, ходил на атомных подводных лодках 15 лет:
- Поскольку цель похода - передать военным субмарину, то проверялись все возможности подлодки по максимуму. То есть нажимали все кнопки, а если погружались, то на большую глубину. Конечно, проверяли и систему пожаротушения ЛОХ. Скорее всего, клапаны, которые отвечают за подачу фреона в 1-й и 2-й отсеки, были неисправны. Поэтому фреон начал поступать в отсеки. Люди в это время спали, поэтому, когда сработала сирена (а она должна включаться автоматически при подаче фреона), скорее всего, просто не успели надеть маски, тем более, что большинство - гражданские. В «Нерпе» три «этажа», тяжелый газ опустился вниз - там люди и пострадали больше всего. Кто потерял сознание, получили ожоги.
На самом деле команда, которая находилась на борту, сработала замечательно. Фреон заполнил оба отсека максимум за 10 минут. По моим подсчетам, только в первом отсеке находились около 100 человек. Жертв могло быть гораздо больше.

(«Комсомольская правда», 11 ноября 2008 г.)