Поговорим о рогах и копытах. Но не о тех, которыми якобы занималась одноименная фирма, описанная в знаменитом романе об Остапе Бендере «Золотой теленок», а совсем о других. На свалки из рогов и копыт можно наткнуться в окрестностях Хабаровска.

Самовольно организованные кладбища для останков домашнего скота не только отравляют среду на сотни метров вокруг, но и способны стать источником сибирской язвы и многих инфекционных заболеваний.
Не надо быть Шерлоком Холмсом, чтобы обнаружить места в Хабаровском районе, где навалены рога, копыта, шкуры и остатки внутренностей скота. Их выдают тошнотворный запах, собаки и крысы, обитающие вокруг них.
- Режу скот, а остатки приходится выбрасывать, - признался хозяин личного подсобного хозяйства в селе Гаровка, показывая за огородом импровизированную свалку, а в сарае - пачки бараньих шкур, которые пытается безуспешно сбыть.
Данные статистики: в Хабаровском крае в сельхоз­предприятиях и в частном секторе на учете состоит более 20 тысяч голов крупного рогатого скота (КРС), численность свинопоголовья - 70 тысяч голов. Биологические отходы от забоя КРС составляют 40 процентов, свиньи - 30. Забой скота производится стихийно, без каких-либо санитарных норм и правил, специальные скотомогильники (цистерны, врытые в землю) в большинстве хозяйств отсутствуют.
Известно также, что на территории края находится около 40 захоронений скота, пораженного сибирской язвой еще в прошлом веке. Информация о могильниках с источниками страшного заболевания сохранилась не вся.
Возникает вопрос: а куда сейчас отправляются павшие от болезней животные?
- На помойки, - сообщил ведущий специалист управления сельского хозяйства и природопользования Хабаровского района Сергей Снесарь. - Останки животных сваливаются даже не в ямы, а просто в овраги, на окрестные поля.
А это, между прочим, пострашнее нитратов, пестицидов, промышленных выбросов. Выброшенные трупы, разлагаясь, загрязняют не только почву, но и водные источники. Даже если они и попадают в скотомогильники, где гарантия, что спустя время инфекция не всплывет в каком-нибудь ручье?
Самое поразительное, что даже на государственных сельскохозяйственных животноводческих фермах нет забойных цехов. Было время, когда скот везли на мясокомбинат, но он, как известно, приказал долго жить.
- Если свинину мы берем в Некрасовке, то с говядиной - дефицит, потому что коров забивать… негде. А от варварского забоя в мясе животных ученые обнаружили вредные для человека вещества, никуда не исчезающие после приготовления пищи, - посетовал генеральный директор предприятия «Мостовик» Евгений Равкин, являющийся инициатором создания в крае современного производства по переработке биологических отходов.
Действительно, проблема. Да еще какая!
Сейчас во всем мире промышленность и сельское хозяйство идут навстречу друг другу. В качестве примера Евгений Равкин привел опыт наших соседей по региону - японцев, где он увидел цивилизованный забой животных под классическую музыку и разделку туш посредством нажатия клавиш компьютера. Полнейшая автоматика, никаких отходов, рога, копыта, шкуры, внутренности, даже кровь идут в дело.
То, что у нас является «золотым дном» и «упущенной выгодой», у японцев перерабатывается в корм для скота, становится частью шерстяных, кожевенных изделий, косметики, биопрепаратов.
Чего здесь только нет! Противовирусная вакцина, различные диагностикумы (позволяющие распознавать, к примеру, лейкоз или грипп), препараты заместительной терапии - лактобактерин, в частности, который необходим и животным, и людям.
Идея о том, что в крае необходимо построить современный безотходный биокомплекс, витает в воздухе давно. Строим же полигон для бытовых отходов, чтобы закрыть городские свалки.
По своей важности такой объект стоит в одном ряду. Это позволит решить проблемы безопасности продукции, поставляемой на рынки, легализовать частников, которые сегодня бьют скот в антисанитарных условиях. А самое главное - исчезнут зловонные кладбища домашних животных, улучшится наша среда обитания. Да и экономический фактор не последний.
Александр САВЧЕНКО.