Фильм Леонида Парфенова «Птица-Гоголь», снятый к юбилею великого писателя, - безусловное событие не месяца, а всего телесезона. О своем впечатлении о жизни и творчестве Гоголя и о том, как создавалась эта работа, рассказывает автор фильма.

На экране - римская квартира Гоголя. Со старинным шкафом. Остальное - пустота, заполняемая с помощью спецэффектов. Ап! - и появился стол. Ап! - из всех углов поползли другие предметы обстановки - виртуальные, но кажущиеся более настоящими, чем диван в соседнем с вами салоне по продаже мебели.
- Знаете, почему Гоголь тут поселился? - спрашивает Парфенов. - Рим был одной из самых дешевых столиц Европы. Гораздо дешевле Санкт-Петербурга. К тому же там было «не натопленное тепло» - естественное, не печное. Конечно, никто из русских классиков, за исключением Тургенева и отчасти Толстого, не был очень обеспеченным человеком, но так, как был беден Гоголь, не был беден никто. Он был просто нищий. Дервиш. Четыре смены белья.
- Как долго делался ваш фильм?
- Что значит - делался? Это когда оператор включает камеру?.. Еще три года назад я отсматривал объекты в Питере. А два года назад облазал все адреса в Риме. А что хотел бы сделать фильм на 200-летие Гоголя, я знал еще и 10 лет назад, когда делал фильм на 200-летие Пушкина.
- Все спецэффекты выглядят безумно дорого...
- А дешево сейчас ничего не делают. Что вы хотите? На коммерческом канале, в вечерний прайм, и чтобы люди смотрели про Гоголя?.. Это должно быть современно, это должно быть шоу, это должен быть актуальный продукт. Из уважения к духовности телевизор не смотрят, для этого читают книжки.
- В пресс-релизе к проекту есть ваша цитата, где Гоголь назван «офисным планктоном». Это тоже говорилось для актуализации продукта?
- Ну и что? Гоголь был помощником столоначальника первого стола по второму отделению. Вот такие были тогда звания у «офисного планктона» в Николаевской России. Гоголь, между прочим, получал меньше Акакия Акакиевича в самом начале своей работы. Акакий Акакиевич получал 400 рублей в год, а Гоголь - 360. Он-то шинели так и не купил, за 80 рублей.
- А вам не кажется, что этот самый «планктон» вам припомнят?
- Это был способ объяснить. А как еще? То, что делает Чичиков, например, я объясняю, как бизнес-план. Купить души как собственность, под собственность получить кредит... Наш фильм - продукт, который делается в 2009 году.
- Когда вы делали фильм про Пушкина, вы были готовы к тому, какая волна поднимется? Мол, «Парфенов принизил Пушкина», отнесся к поэту легкомысленно...
- На «Пушкина» было самое большое число рецензий в моей жизни - 26. Включая «Новый мир». И я до сих пор горжусь тем пассажем, который они цитировали.
- А как с дерзостью в «Гоголе»?
- Нет человека, который бы не спросил: а почему Земфира? В первый раз мне это пришло в голову, когда я был в прошлом году на ее концерте в «Олимпийском». И меня поразило, как был слышен каждый звук - она очень четко доносит текст. К тому же я понимал, что мне не нужен баритон - хватит там меня и Табакова. Мы встретились, и оказалось, что Земфира часто берет Гоголя на гастроли. Ведь, понимаете, люди уезжают не на день, а на три-четыре недели, и захватывают с собой кучу каких-то вещей, включая мягкие игрушки. У Земфиры в этот набор, оказалось, входит Гоголь. Так что я угадал.
- А как вы заманивали Олега Павловича?
- Он сказал: уговаривать меня не надо, потому что он когда-то играл Хлестакова. Я это не застал, но, думаю, что было очень убедительно. Вообще у всех русских актеров, мастеров экрана и сцены, с Гоголем особые отношения.
- А у вас есть личный рейтинг произведений Гоголя?
- Наверное, на первом месте - «Нос». «Мертвые души» - что-то больше, что-то меньше. Коробочка, Дама Приятная и Дама, Приятная во всех отношениях... Мне кажется, это лучшая пара среди всех его двойных героев. Даже учитывая Добчинского и Бобчинского. Где это было еще в литературе?
В. ЛЬВОВА. («Комсомольская правда».)