Жизнь в далеком от фронта тылу, казалось бы, не так ощутимо была связана с войной. И тем не менее связь эта была каждо­дневной.

18 января 1944 года в нашем крае было организовано добровольное спортивное общество «Смена» - из учащихся школ и педагогических училищ. Задачами общества, его целью становилось развитие спортивной и массовой работы в школах, направленной на расширение и укрепление знаний и навыков по военной физкультурной подготовке.
А вот приметы мирной жизни того времени другого свойства. 14 марта в Хабаровске установили регулярное автобусное движение по трем маршрутам: Комсомольская площадь - база КАФ, Комсомольская площадь - Красная Речка, Комсомольская площадь - Большой аэродром. Можно представить, какое оживление в жизнь горожан принесло это радостное и приятное событие. Через неделю был создан трест банно-прачечных и парикмахерских предприятий.
14 апреля в краевом центре вступил в строй молочный завод мощностью 250 тонн цельной и кисло-молочной продукции. В этом месяце жители края отправили освобожденному населению Тульской, Калининской, Сталинградской, Ростовской областей 22 вагона необходимых для жизни их жителей вещей - свыше 300 тысяч предметов.
22 мая исполком краевого Совета депутатов трудящихся принял решение об организации в Хабаровске обувной фабрики производительностью 25000 пар рабочей обуви и 5000 пар модельной обуви в год. В середине июня также произошло значительное событие - институт инженеров железнодорожного транспорта выпустил первых специалистов. 85 инженеров путей сообщения были направлены в освобожденные районы страны на восстановление железных дорог. Ровно через десять дней в Хабаровске был организован строительный техникум. Первый набор (1944-1945 учебный год) составил 90 человек. В дальнейшей перспективе техникум рассчитывался на 400 человек.
Летом этого года на корабле «морской охотник» был поднят военно-морской флаг СССР. История этого корабля такова. Комсомольцы, молодежь, учащиеся края собрали за короткий срок более пяти с половиной миллионов рублей. В мае было послано письмо на имя И.В. Сталина с просьбой разрешить на собранные средства купить на одном из заводов строящийся боевой корабль «Морской охотник» и передать его военно-морскому флоту. «Пусть знают наши дорогие бойцы армии и флота, что мы всегда помним свою обязанность неустанно помогать им в борьбе с немецкими разбойниками». Сталин откликнулся на просьбу молодых хабаровчан, передал им привет и разрешение приобрести корабль.
В июле 1944 года корабль вступил в строй боевых кораблей Военно-морского флота. Из Архангельска в Хабаровск пришла телеграмма: «Сегодня, 30 июля, у нас радостный праздник… Мы, краснофлотцы, старшины и офицеры… от всей души благодарим молодежь Хабаровского края за заботу о Военно-морском флоте, благодаря чему построен новый корабль, который пойдет широкими просторами северных морей, чтобы побеждать и уничтожать врага. С честью оправдаем оказанное нам доверие… По поручению личного состава корабля «Механик» старший лейтенант Смирнов». (Примечание: «морской охотник» - тип военных кораблей, хабаровский аналог назывался «механик».)
В конце июня в Хабаровске прошла первая краевая конференция художников края. В ней участвовали 28 мастеров кисти и пера, было избрано правление Союза художников края. Летом этого года в Николаевске-на-Амуре на базе Тугурского краеведческого пункта был создан областной краеведческий музей.
4 сентября решением Хабаровского горисполкома коммунальной гостинице №1 присвоено наименование «Дальний Восток».
22 сентября в селе Иванковцы Кур-Урмийского района открылся детский дом для воспитания и обеспечения детей-сирот, оставшихся без родителей, погибших на фронте.
В 1944 году в крае насчитывалось 19 ремесленных, 8 железнодорожных училищ и 4 школы ФЗО. В них обучались несколько тысяч человек. За первое полугодие 1944 года учащиеся ремесленных железнодорожных училищ и школ ФЗО выпустили продукции более чем на 12 млн. рублей.

В редакцию не вернулись…

…На одном из планшетов музейного уголка нашей газеты помещены три фотографии и названо восемь фамилий журналистов «Тихоокеанской звезды», погибших на фронтах Великой Отечественной войны. В редакцию не вернулись:
Вячеслав Афанасьев,
Леонтий Агафонов,
Петр Заболотный,
Григорий Леванов,
Алексей Славинский,
Михаил Сувинский,
Александр Никулин,
Александр Фетисов.
К сожалению, не осталось свидетельств о том, как они жили, работали, как воевали - ушли от нас и те их товарищи, кто работал с ними, хорошо их знал.
«Вот этот настоящий», - говорил о Вячеславе Афанасьеве его собрат по перу Петр Комаров.
Бывший литсотрудник «Тихоокеанской звезды» Виктор Королев оставил небольшие воспоминания об одном из талантливейших очеркистов газеты Александре Фетисове.
Среднего роста, широкоплечий, румянолицый, с большим лбом, Александр Фетисов отличался удивительной подвижностью, не­укротимой энергией, которую он тратил только на дело. Ездил Александр очень много, пожалуй, больше всех. А командировки в тридцатых годах были сопряжены с большими трудностями, вызванными бездорожьем, примитивными видами транспорта, скудным питанием и бог знает какой одежонкой.
Красноармейцы объявили: в честь дня Красной Армии они отправляются в лыжный поход по маршруту Хабаровск - Александровск-на-Сахалине. Вместе с армейскими спортсменами в дальний поход ушел журналист Анатолий Белоглазов, пошел за счет своего очередного профсоюзного отпуска. Полетел в Москву известный дальневосточный летчик Илья Мазурук, друг нашей газеты. С ним полетел журналист Евгений Склезнев. В самолете Р-5 места не было, и газетчик летел в столицу в фюзеляже, лежа рядом с пачками свежего номера «Тихоокеанской звезды». Таким же образом он вернулся в Хабаровск, доставив самый свежий номер газеты «Правда».
В условиях всеобщего подвижничества Александр Фетисов выделялся не только смелыми поездками, но и, так сказать, ударными, искрометными выступлениями. Его колымские очерки вышли в издательстве «Молодая гвардия» отдельной книжкой, получившей высокую оценку критики.
«С Александром Фетисовым я не был близок. Но однажды выдался случай, когда я вдоволь наговорился с ним. Ехал в поезде из командировки. Утром захожу в вагон-ресторан позавтракать, за столиком - Фетисов, помешивает ложкой чай в стакане и смотрит в окно на приморские пейзажи. Был он в то утро веселый, выдал все, что интересовало меня, раскрыл всю, так сказать, литературную «кухню» свою.
В тот раз, когда мы встретились в поезде, Александр Фетисов возвращался в редакцию из Сучана. Через несколько дней в «Тихоокеанской звезде» появился очерк, взволновавший меня крайне. Начинался он так - излагаю его по памяти, так как нет под руками самого источника: «15 мая 1934 года в 15 часов 31 минуту сейсмические станции Японии, Канады, Германии зафиксировали землетрясение в районе побережья Японского моря у советского Приморья. Сила колебания почвы достигла 6 баллов. В действительности в этот день, час и минуты в мире не было землетрясения. Колебание почвы произошло от взрыва - большевики взорвали Бархатный перевал...»
И далее Фетисов рассказал, как готовился этот взрыв, какое огромное количество взрывчатки заложили под каменистые горы, какую научную смелость надо было проявить, чтобы осуществить взрыв перевала, преграждавшего путь к морю, на берегах которого воздвигнут новый порт и город. Скоро по широкой колее железной дороги двинутся поезда с сучанским углем, с рыбой из Находки, с лесом и другими дарами солнечной Сучанской долины.
Организация взрывных работ была продумана четко. Несмотря на колоссальную силу взрыва, жертв не было. На том можно было бы и ограничиться. Однако очеркист привел одну деталь, которая уточнила утверждение автора. В воздух были подняты тысячи тонн земли и камня. В долину обрушился каменный дождь. Но люди и животные были своевременно переведены в безопасное место. Все обошлось благополучно, если не считать одной жертвы: фотограф-любитель решил запечатлеть для истории взрыв, установил на треноге фотоаппарат на вершине сопки, отстоящей от перевала в полутора километрах, - упавшим камнем ему отшибло мизинец на левой ноге…

Выпуск подготовил А. ГРИГОРЬЕВ.