Нас, 17-летних призывников из Амурской области, собрал военкомат в Сковородино, посадили в воинский эшелон и отправили, как нам сказали, под Сталинград, где шли тяжелые бои. Через двое суток эшелон прибыл в Иркутск. Загнали его в тупик, а утром мы узнали, что двигаемся… на восток. Так мы оказались во Владивостоке в флотском экипаже. Быстро распределили по частям, я попал на остров Аскольд. Зам. командира по политической части капитан Фатькин собрал нас, молодых матросов, рассказал обстановку: «Если немцы возьмут Сталинград, здесь выступят японцы, хотя у нас с ними есть договор о нейтралитете, который они временами нарушают. Так происходит в Маньчжурии, где наши гражданские суда задерживают, были случаи потопления». Также капитан сказал, что 26 Отдельная артиллерийская батарея является форпостом главной базы Тихоокеанского флота Владивостока. Наш остров будет как бельмо на глазу у японцев.

Бухта Наездник была удобным местом для высадки японского десанта. На острове расположена двухбашенная артиллерийская 180-миллиметровая пушечная артиллерия. Но бухта Наездник находилась в мертвой зоне обстрела. Поэтому нам бы пришлось защищаться противопехотным, противотанковым оружием, пулеметами, гранатами. А поскольку противотанковых гранат у нас не было, мы стали делать их сами. Так из связки 5-6 гранат РГД получилась противотанковая. Через определенное время занятия уже проходили на боевых гранатах.

Однажды краснофлотец Матюхин метнул связку гранат, спрятался в окоп, а взрыва не последовало. Что делать? Желающих вылезать из запасного окопа нет, и командир на полигоне младший лейтенант Иванов не осмеливается отправить кого-то к месту падения связки гранат. Об этом ЧП немедленно доложили командиру батареи майору Галичу. Средств от взрыва в части не имеется.

Нашелся доброволец старший краснофлотец Е. Кац, командир отделения котельно-трюмных машинистов. Младший лейтенант Иванов дает ему разрешение вылезти из окопа. Затаив дыхание, мы ждем... Через некоторое время раздается радостный голос Каца: «Товарищ младший лейтенант, а чека-то из подрывной гранаты не вытащена!» Раздался вздох облегчения: «Пронесло!». Кто-то из товарищей сказал: «Век учись - умным будешь». К счастью, подобное не повторилось, метания гранат не было, а «наша» война длилась 24 дня.

Еще мы должны были охранять главную базу Тихоокеанского флота, сопровождать крейсеры «Калинин» и «Каганович» на боевые задания. Мы успешно решили задачу обучения и десантирования 355 батальона морской пехоты в г. Сейсин Северной Кореи, за что получили благодарность Верховного главнокомандующего И.В. Сталина. Тем событиям уже почти 70 лет, а каждая деталь до сих пор в памяти.

Владимир Коряков, председатель Совета ветеранов Краснознаменной Амурской флотилии, подполковник в отставке.