К 36 годам у Снежаны Костровой (имена и фамилии героев изменены - ред.) было пятеро детей, старшему сыну исполнилось 13 лет, младшей Леночке - всего полтора. «Было» - потому что все ребятишки, кроме малышки, уже почти год живут в детском доме. Печальную историю этой семьи поведала газета Верхнебуреинского района «Рабочее слово».

В официальном браке Снежана не состоит, отец всех ее детей уже много лет находится в местах не столь отдаленных.

Как ни съездит Снежана на очередное свидание, так снова оказывается на сносях. К беременности, как и вообще ко всей своей жизни, отношение у женщины было весьма легкомысленное: работой себя не утруждала, жила на детские пособия, значительная часть которых, к сожалению, уходила на спиртное. Несколько раз кодировалась от алкогольной зависимости, да только без особого успеха.

Администрация Чегдомына выделила семье Снежаны, как многодетной и нуждающейся, трехкомнатную квартиру, вот только женщина там даже не появилась. На средства материнского капитала она купила в поселке Веселом частный дом с земельным участком, пыталась было вести хозяйство, кур держала. Но все благие порывы заканчивались очередным запоем.

Вот и в июле 2011-го, несмотря на то, что была закодирована, снова сорвалась и вообще перестала заботиться о детях. Старшие слонялись по Чегдомыну, жили где и как придется, самых маленьких - 4-летнюю Нину и полуторагодовалую Леночку - непутевая мамаша таскала с собой на гулянки.

Начался учебный год, но старшие дети Снежаны в школе почти не появлялись. Андрей посетил от силы четыре урока, Рая отсутствовала больше недели, а девятилетнюю Аню за всю первую четверть вообще в классе не видели. Старшего Андрея приютили в семье одноклассника, 11-летнюю Раю приняла жить знакомая, Аня прибилась к пьющему дальнему родственнику и нашла кров в его двухметровой летней кухне. Несколько раз ее задерживали как беспризорную
Обеспокоенные судьбой детей, педагоги школы № 2 подали ходатайство в отдел по делам несовершеннолетних с просьбой привлечь Снежану Кострову к административной ответственности за невыполнение родительских обязанностей.

Семья была признана «находящейся в социально опасном положении». На непутевую маму пытались воздействовать уговорами сотрудники органов опеки, ее привлекали к административной ответственности, убедили пройти курс лечения от алкоголизма. Снежана даже направление в психиатрическую больницу взяла, поехала в Хабаровск и загуляла со случайной знакомой.

В это время в полицию поступил звонок: в поселке Веселом без надзора находятся маленькие дети. Глазам сотрудниц органов опеки предстала жуткая: от голода погибли дворовые собаки, кур нет,  видимо, разбежались от бескормицы, окна в доме разбиты… Замерзших, грязных малышек нашли за запертой дверью по еле слышному шороху и сразу отвезли в больницу. Старших искали по всему Чегдомыну.

В результате районным отделом опеки и попечительства было подписано постановление о немедленном отобрании у Снежаны Костровой детей, в суд был подан иск о лишении ее родительских прав и взыскании алиментов в пользу пятерых несовершеннолетних детей. Так маленькая Леночка попала в хабаровский дом ребенка, а четверо других детей Костровой оказались в детском доме № 17 поселка Новый Ургал, в группе так называемых «сиблингов» (так психологи называют братьев-сестер).

Год назад, в ноябре, такая группа, где дети-родственники живут вместе, впервые открылась в этом детском доме. Из 13 ее воспитанников четверо - три сестры и брат Костровы. Наконец ребятишки одеты-обуты, вкусно и вовремя накормлены, условия, созданные для них, можно было бы назвать домашними. Если бы не одно огромное «но». На вопрос, о чем она больше всего мечтает, Аня Кострова отвечает: «Быть с мамой и никогда с нею не расставаться».
Для исполнения этого заветного желания нужно так много - и так мало: чтобы и Снежана мечтала о том же, о чем ее дети. Шанс вернуть детей домой из теплой, но такой грустной «братской» детдомовской группы, у нее есть. Для этого надо просто стать настоящей мамой.

Марина Исакова.