В Вяземском районе две Дормидонтовки. С виду обычные деревни в семи километрах друг от друга по федеральной трассе. Два населенных пункта, две администрации, двое глав. Впрочем, похожи они только на первый взгляд.

Николая и Татьяну Кобзаренко будит спозаранку голосистый петух. Собственно, они и без будильника привыкли вставать на зорьке. Дела. У Кобзаренко большое подворье - поросята, куры, гуси и целых шестьдесят соток земли. Нынешним летом картошка у многих соседей не уродила, а Кобзаренко с урожаем. Да еще каким! Так ведь целое лето вся большая семья, а это дочь, зять и его родственники, работали, не покладая рук. Картошка у них рассыпчатая, вкусная, так что односельчане покупают ее мешками. А вообще к ним осенью из города заготовители приезжают и забирают все прямо со двора.
Татьяна, которая родилась здесь, в Дормидонтовке, считает себя деревенской, потому что живет в своем доме и на земле. А жизнь в деревне известно какая - ни водопровода тебе, вода в поселке привозная, и все удобства, в том числе и баня, в конце огорода.
Кобзаренко еще повезло, они работают. Николай в пожарной части, Татьяна - в доме для престарелых. А вообще устроиться в Дормидонтовке народу некуда. Единственное лесоперерабатывающее предприятие дает работу шестидесяти человекам. Остальные - в поисках. Благо, рядом железнодорожная станция. Вот люди и подаются в Хабаровск. В пять утра уезжают на работу, в восемь вечера возвращаются. Такая вот неспокойная жизнь на колесах. А что делать? Огород, грибы, ягоды, конечно, кормят, но надо день простоять на трассе в надежде, что проезжающие что-то купят. Словом, деревня! А вот и нет.
Как прописать у себя китайские палочки
Дормидонтовка - городское поселение, точнее, рабочий поселок, в котором живет полторы тысячи человек. Когда-то здесь был лесоперерабатывающий завод. Пиломатериалы отправляли в четырнадцать стран мира, в том числе и Японию. На заводе все дормидонтовцы и работали. Это было настоящее предприятие. Смену у станка рабочий отстоял, ему полагалось два законных выходных. И зарплата хорошая. Заводским даже ордена и медали давали. Словом, люди жили в настоящем рабочем поселке.
Чтобы поднять собственный статус, в том смысле, что не деревня это какая-нибудь, а рабочий поселок, люди попросили уточнить это официально, что в 1958 году и было сделано. И стала Дормидонтовка рабочим поселком. Ну, а коль так, там появился свой отдел рабочего снабжения (ОРС). А это уже не только хлеб в магазине да макароны, а товары посолиднее. Для рабочего-то класса! Ну, и, конечно, японские магнитофоны и нейлоновые платья на зависть городским модницам.
Но завод в 90-е годы рухнул. И единственной опорой, за которую можно было удержаться, остался собственный огород да живность в стайке. И пока в стране царила полная неразбериха, народ пахал и сеял, тем и кормился. И окончательно почувствовал себя деревенским. Потом самые предприимчивые и работящие стали расширять земельный клин. Та же картошка - товар ходовой. А если пойти дальше и начать ее сортировку и упаковку - уже неплохой бизнес. Словом, все мысли о том, как выживать, не срываясь с обжитых мест, вокруг земли вертятся. Ну а коль так, дормидонтовцы стали поговаривать, что хорошо бы и им официально стать деревенскими. Оно и престижнее теперь, и выгоднее.
А то что же получается? Все на земле живут, ни одного жилого каменного дома в Дормидонтовке нет, а тариф на электроэнергию у них на 90 копеек выше, чем в соседних селах. И баллон газа дороже, и налог на землю ощутимее. И программа развития села, понятно, не для них. А потому семьи не могут стать участниками молодежного строительства, а оно предусматривает государственную помощь тем, кто хочет построить свой дом в селе.
Татьяна Кобзаренко больше всего переживает, останется ли в Дормидонтовке школа, у нее ведь маленькая внучка. В нынешнем году в одиннадцатом классе всего пять человек.
Сельской школе такое малое количество учеников ничем не грозит, а вот для них чревато, что школу в конце концов закроют. И что тогда? Уезжать? Куда? Зачем? Школа в поселке - как флаг для воинской части. Нет части, нет и флага. И тогда всему погибель.
Опять же сельские учителя и врачи имеют льготы по оплате коммунальных платежей, в частности, им компенсируют стоимость дров. Учителя, хоть и не по статусу им это, но льготы пока получают. Но если все станет по букве закона, то и этих небольших денег они лишатся. И тогда работать в школе станет совсем некому. На одну учительскую зарплату, понятно, жить трудно.
Глава администрации городского поселения Юрий Черненко сетует, уговорить кого-то из предпринимателей обосновать у них производство - гиблое дело. Как узнают, что тарифы на электро­энергию у них городские, сразу тускнеют. А какой смысл? Он даже владельца компании, которая выпускает деревянные палочки для Китая, не может к себе переманить. Маленькое предприятие находится на границе их поселка. Но и тот не видит смысла примыкать к ним. Зачем? Дормидонтовка - почти в ста километрах от Хабаровска, а тарифы, будто никуда и не уезжал. Обещает: селом станете, тогда и поговорим.

В каждой деревне своя власть

Два года назад Юрий Семенович с ручкой в руках стал читать краевой закон об административно-территориальном устройстве. Когда его избирали в главы, люди просили об одном - решить наконец проблему статуса. А тут депутаты и краевой закон приняли. По нему рабочий поселок может стать селом или даже городом в зависимости от обстоятельств. Черненко считает, что у них все основания к таким переменам есть. Район - сельскохозяйственный. Вряд ли тут начнет вдруг развиваться промышленность. Стали готовить документы. Как и полагается, провели опрос. Понятно, что подавляющее большинство жителей высказалось за изменение статуса. Приложили обоснование и отправили в краевое правительство. Пакет документов из Дормидонтовки прошел с первого раза. Подобные попытки администраций Маго, Софийска и Тырмы оказались менее успешными. Так, в Маго документы возвращали шесть раз.
Просьбу дормидонтовцев рассмотрели на заседании специальной комиссии. Согласились, проблему надо решать. Вот только лишних денег в бюджете пока нет. Поскольку односельчане то и дело справляются, как там их дела, Черненко периодически напоминает об их проблеме, посылая письма то в одну, то в другую высокую инстанцию. Но ответ один: пока не время. Недавно ему, например, написали, что в связи с предстоящей переписью населения все административные преобразования и переименования населенных пунктов просят приостановить.
Во что обойдется изменение статуса Дормидонтовки? Говорят, цена вопроса - больше миллиона рублей в год.
Понятно, что Дормидонтовка может стать той первой ласточкой, за которой начнутся административные преобразования. В крае 24 рабочих поселка, восемь могут претендовать на то, чтобы изменить статус и стать селами. В правительство края поступило пять заявлений, и только четырепоселка признаны реально соответствующими таким переменам. В их числе и Дормидонтовка.
Возможно, стереть официальные грани между городом и деревней дормидонтовцам поможет начинающееся в стране сокращение чиновников. Многие поселения будут укрупнены, в райцентрах, где две власти - районная и поселковая или городская, останется одна. Словом, никакого двоевластия и почти неизбежных конфликтов глав, которые плохо уживаются на одной территории. Похоже, и Дормидонтовка останется одна. В крае 233 муниципальных образования. По их числу мы впереди России всей. И у каждого аппарат, бюджет, преимущественно дефицитный. То есть местная власть (а на свое содержание и развитие сел и поселков она должна собирать налоги) живет в большинстве своем на дотации из краевого бюджета. К примеру, три с половиной ставки специалистов и главы Дормидонтовки, а также коммунальные платежи здания, в котором они находятся, выливаются в два с лишним миллиона рублей в год. И только половина из них - собственные доходы. А в соседней Дормидонтовке, где живет всего четыреста человек, - своя власть со всеми ее атрибутами. В октябре там выбирают главу, прежний сложил с себя полномочия.
Упразднят одну администрацию, ничего не изменится. Создадут новую, единую. Людям даже прописку менять не придется. По паспорту и те и другие - дормидонтовцы. Тогда решится вопрос и о статусе поселка. Как сказала председатель комитета по государственному строительству и местному самоуправлению Законодательной думы Татьяна Мовчан, перемены эти могут произойти в самое ближайшее время.
Так что семья Кобзаренко может жить спокойно. Когда подрастет их внучка, учиться она будет в родном селе. Ведь и сейчас ясно - разумная идея вернуть Дормидонтовке ее исконное деревенское начало.
Елена Ищенко.