Атомный ледокол «Сталинград» назван в честь защитников Родины
21.11.2025
295
В Санкт-Петербурге на Балтийском заводе на днях был старт строительству нового сверхмощного атомного ледокола «Сталинград». Название было выбрано неслучайно: его приурочили к 83-й годовщине начала контрнаступления советских войск под Сталинградом. В мероприятии принял участие президент России Владимир Путин, который назвал это событие знаменательным.
– Уверен, что новый ледокол «Сталинград» будет достойно носить это гордое имя, – сказал президент. – Работая в суровых условиях Арктики, прокладывая путь через льды, станет еще одним символом таланта, силы, созидательной энергии нашего народа, его способности ставить перед собой и воплощать в жизнь самые дерзновенные планы, выстоять в самые тяжёлые времена.
Кстати, среди гостей церемонии закладки атомного ледокола был ветеран, сражавшийся в Сталинградской битве, – Павел Винокуров, которому скоро исполнится 103 года. В августе 1941-го, после третьего курса, его призвали в Красную армию; в марте 1942-го отправили на фронт под Сталинград командиром взвода противотанковых пушек 22-го истребительного полка. 15 августа 1942 года он был тяжело ранен.
Фронтовик передал гендиректору «Росатома» Алексею Лихачеву капсулу с землей с Мамаева кургана, которая будет храниться на ледоколе. Владимир Путин поблагодарил ветерана Сталинградской битвы за участие в церемонии и отметил, что фронтовики не только защищали Родину, но и сделали всё для её возрождения в послевоенные годы.
– Мы воевали, чтобы у вас, ваших детей, внуков и правнуков всегда было над головой безоблачное, спокойное небо, – сказал Павел Винокуров. – И сегодня, глядя на мощную технику и ребят, которые обеспечивают выполнение специальной военной операции, я вижу, что дух народа нашего не сломлен. Хочу поблагодарить вас за то, что вы храните память о Великой Отечественной войне, о живых и погибших в войне. Пусть этот атомный ледокол также стойко и мужественно прокладывает путь в Северном Ледовитом океане. Держите курс и помните: за вами Россия.
Между прочим, ледокол «Сталинград» стал шестым серийным кораблем в проекте 22220. Первые четыре – головной ледокол «Арктика» и три серийных судна – «Сибирь», «Урал», «Якутия» – уже несут вахту в Арктических водах. Строительство двух ледоколов этой серии – «Чукотка» и «Ленинград» – продолжается. Владимир Путин выразил уверенность, что работа по их строительству будет идти в соответствии со сроками.
«НИ ШАГУ НАЗАД!»
Пользуясь случаем, давайте вспомним Сталинградское сражение, началом которого считается 17 июля 1942 года. Тогда авангарды 6-й армии Паулюса на реках Чир и Цимла вступили в бой с подразделениями 62-й и 64-й армий Сталинградского фронта. Завершение – 2 февраля 1943-го, когда в плен сдалась гитлеровская группировка, основу которой составляли остатки 6-й армии вермахта, а также подразделения 8-й итальянской, 3-й и 4-й румынских и 2-й венгерских армий в Сталинградском котле.
К середине июля 1942-го на Сталинградском направлении превосходство противника над Красной армией в самолётах было более чем в два раза. В танках и артиллерии – в 1,3 раза. К концу июля–началу августа немцы выдавили подразделения 62-й и 64-й армий на левобережье Дона. Часть наших дивизий оказалась в окружении.
28 июля Сталин издал приказ № 227 «Ни шагу назад!». К отступающим применялись самые жёсткие меры, вплоть до расстрела. За три недели наступления немецкие танки 4-й армии Гота подошли к Сталинграду с юга, 14-й танковый корпус – с севера, шесть дивизий 6-й армии Паулюса – с запада.
23 августа город на Волге был уничтожен самой массовой суточной бомбардировкой в истории войны: две тысячи самолёто-вылетов 4-го воздушного флота люфтваффе разрушили город, где до начала боёв проживало около 400 тысяч человек, убив пятую часть горожан. Весь сентябрь немцы пытались сбросить наши войска в Волгу.
Тракторный завод под обстрелами продолжал выпускать танки, которые с проходной уходили в бой. Подкрепления шли с левого берега Волги катерами и баржами. Их подвергали постоянным бомбёжкам Люфтваффе.
14 октября пять немецких дивизий начали наступление при поддержке тысячи самолётов. К 11 ноября немцы вышли к Волге на участке в полкилометра. Но потеряли до половины личного состава.
19 ноября, в рамках операции «Уран», началось контрнаступление Красной армии. 23 ноября в районе Калача-на-Дону огромная фашистская группировка, пытавшаяся захватить Сталинград, была окружена. В течение декабря были разгромлены итальянские, румынские и некоторые немецкие части. Мы отбили попытки танковых дивизий Манштейна пробить коридор к Паулюсу. В январе 1943-го 6-я армия советскими ударами была разделена на две части.
31 января была ликвидирована южная группировка фашистов, пленён фельдмаршал Паулюс с 24 генералами. 2 февраля капитулировала северная группировка немцев. Капитуляция 20 немецких дивизий стала днём национального траура для Третьего рейха и сильным ударом по психике Гитлера.
Победа СССР в Сталинграде переломила ход Второй мировой войны. Ни Турция, ни Япония (бывшие союзниками Германии) не рискнули начать боевые действия против Советского Союза. А США и Британия вынуждены были согласиться с главной ролью СССР в подавлении Германии – увеличились поставки в Союз вооружений, приблизилось открытие Второго фронта.
– Разгром фашистских войск на Волге потряс всю немецкую военную, да и политическую машину, вдохновил всех советских людей на ратные и трудовые подвиги, – считает военный историк, почётный гражданин Хабаровска Александр Филонов. – Маршал Г. К. Жуков в своей книге так оценил значение битвы на Волге: «Победа наших войск под Сталинградом ознаменовала собой начало коренного перелома в войне… С этого времени и до самого окончания войны советское командование полностью овладело стратегической инициативой».
Свою оценку событию в своё время дал и маршал А. М. Василевский: «Сколько бы ни усердствовали современные буржуазные фальсификаторы в злонамеренном искажении истории, им не удастся вытравить из сознания человечества величия Сталинградской победы…»
В боях под Сталинградом советские воины проявили массовый героизм. С честью выдержали труднейший экзамен на всех этапах сражения и соединения, прибывшие сюда с Дальневосточного фронта.
Хотя Приморье и Приамурье от линии фронта отделяли многие тысячи километров, жители этих регионов, как и все граждане страны, с первых дней участвовали в той страшной войне. Так, первый эшелон бойцов-дальневосточников ушёл на запад уже вечером 28 июня 1941 года.
«ДО ВОЛГИ МЕТРОВ 200…»
205-я дивизия, прибывшая на Сталинградский фронт из Хабаровска, одной из первых попала под главный удар немецкого наступления. К началу августа 1942 года дивизия насчитывала 11 826 человек – за первые две недели боёв на западном берегу реки Дон, на дальних подступах к Сталинграду, потеряла почти треть состава. К вечеру 15 августа дивизия оказалась в окружении противника и начала отходить к донским переправам.
Прикрывавший отступление 731-й полк дивизии полностью погиб в бою – командир полка майор Владимир Кельберг, его заместитель и комиссар полка, чтобы не попасть в плен, застрелились.
«Перед тем как стреляться, приказали адъютантам добить, если сами выстрелят неудачно. Остальным сказали поступать, как посчитают правильным сами…» – вспоминал позднее санитар Василий Иванович Саменков, раненым попавший в плен и единственный, кто выжил из того полка. Всего же из почти 12 тысяч человек хабаровской дивизии к концу августа смогли выйти из окружения не более 400 человек.
В те же августовские дни 1942 года, в 100 км южнее, у станции Котельниково, погибла 208-я дивизия, прибывшая на Сталинградский фронт из Хасанского района Приморского края. Дивизии пришлось вступить в бой с прорвавшимися танками врага, не успев полностью выгрузиться из железнодорожных вагонов. Эшелон с боеприпасами был уничтожен немецкими бомбардировщиками, и бойцам из Приморья пришлось сражаться в условиях нехватки снарядов и патронов.
Вот как те трагические минуты вспоминал будущий герой Сталинградской битвы Василий Чуйков, тогда, после прорыва немцев, пытавшийся организовать оборону города на юго-западном направлении:
«Мы опять встретили отходивших вдоль железной дороги людей и повозки. С трудом найдя в толпе офицера, я узнал от него тяжёлую весть: 3 августа несколько эшелонов 208-й дивизии, выгрузившись на станции Котельниково, были внезапно атакованы авиацией и танками противника. Уцелевшие подразделения отходили назад вдоль железной дороги. Где были командир дивизии, командиры полков и штабы – узнать не удалось…
Возле разъезда Небыковский батальон бойцов 208-й стрелковой дивизии, развернувшись цепью фронтом на юг, рыл окопы. Командир батальона доложил, что, узнав от отходящих с юга о появлении немецких танков в Котельниково, он по своей инициативе решил занять оборону. Где командир полка или дивизии, он не знал, поскольку его батальон только выгрузили. Я одобрил действия этого командира батальона, приказав задерживать отходящих, и обещал дать ему связь от ближайшего штаба, который надеялся найти…»
Будущий маршал Чуйков тогда ещё не знал, что буквально несколько часов назад прибывшая из Приморья дивизия, по сути, перестала существовать: её штаб и основные силы были разбиты наступавшими немецкими танками у станции Челеково, примерно в 100 км к юго-западу от Сталинграда. Командир дивизии, полковник Константин Воскобойников, погиб в бою.
Всего же в августе 1942 года из 13 360 бойцов 208-й приморской дивизии выжило около тысячи человек. Выжившие были переданы на усиление земляков – 126-й дивизии, также только что прибывшей из Приморья. Этому воинскому соединению пришлось в течение всего августа быть основой нашей обороны на юго-западных подступах к Сталинграду.
К 29 августа поредевшая в боях 126-я дивизия насчитывала менее половины изначального состава – около четырёх тысяч бойцов. Командир дивизии полковник Владимир Сорокин получил приказ прикрыть отход остальных частей к Волге.
«ЕСЛИ ВЫИГРАЮ, ТО МОГУТ И ЗАСТРЕЛИТЬ…»
В боях на южных подступах к Сталинграду соседом 126-й дивизии, прибывшей из Приморья, была 204-я дивизия, переброшенная на фронт из Амурской области. За полтора месяца боёв дивизия потеряла большую часть бойцов: из 12 126 человек в строю осталось всего 1 512.
Тем не менее этой дивизии повезло, если так можно выразиться о фронтовой судьбе: в середине сентября 1942 года решением высшего командования её вывели в ближний тыл на отдых и пополнение.
Спустя два месяца бойцы 204-й дивизии были на острие начавшегося контрнаступления – вели бои у пригородов Сталинграда, отрезая противника наступлением с юга.
Тем временем в числе войск, наступавших с севера, тоже были бойцы из Амурской области – 96-я стрелковая дивизия. До июля 1942 года она располагалась в городе Завитинске (в то время посёлок Завитая) в 5 820 км к востоку от Сталинграда.
В августе переброшенная на фронт дивизия сумела захватить и удержать на левом берегу Дона стратегический плацдарм – именно он в ноябре того года стал исходной точкой нашего контрнаступления на северном фланге Сталинградской битвы.
В следующие месяцы дивизия участвовала в ликвидации немецкой группировки, окружённой в Сталинграде. В конце января 1943 года именно бойцам 96-й амурской дивизии поручили передать командованию окружённого противника предложение о капитуляции. Ультиматум понёс лейтенант Василий Попов, начинавший военную службу в Приморье, в Спасске-Дальнем.
Много лет спустя он так вспоминал те события: «Как-то раз меня вызвали в штаб и сказали: «Пойдёте к немцам для переговоров». Я согласился с ходу. До меня на это задание приглашали пять или шесть офицеров – все отказались. А я согласился. И вот меня начали готовить: одели в белый маскировочный костюм, дали белый флаг и пакет с ультиматумом советского командования.
27 января 1943 года вышли на передовую. Всё было тихо, ни с нашей стороны, ни со стороны немцев огня не велось. Пошёл я к немцам, перешёл через балку, дошёл до их переднего края. Тут выходит немецкий ефрейтор, остановил меня. Потом подошёл офицер, вытащил носовой платок, завязал мне глаза, взял под руку и повёл. А я начал отсчитывать шаги, сколько в каком направлении – 75 шагов прямо, 32 влево и ещё 20 прямо…»
В итоге лейтенант с завязанными глазами оказался в центре разрушенного Сталинграда, в одном из подвалов, где размещался штаб немецких войск. Только там ему сняли повязку с лица, и Василию Попову довелось более часа изнутри наблюдать жизнь окружённого врага. Спустя десятилетия он вспоминал:
«Посредине подвала длинный стол, за столом сидят офицеры, кто читает, а кто просто сидит, задумался. Настроение, вижу, у них упавшее. А я, наоборот, себя бодрее почувствовал: ага, попались!.. За столом офицер и, по-моему, фельдфебель, играют в шахматы. А я в шахматы любил играть. Сижу, думаю: может, сыграть с ними? А потом думаю: если выиграю, то могут и застрелить. Нет, не буду играть!»
ГВАРДЕЙЦЫ СТАЛИНГРАДА
От начала и до конца Сталинградской битвы в ней участвовала и 422-я стрелковая дивизия, сформированная в Хабаровском крае. Первый эшелон дивизии отправился на фронт 12 июля 1942 года со станции Розенгартовка, в 150 км к югу от Хабаровска, и ровно через две недели прибыл на станцию Гумрак, в 15 км к западу от Сталинграда.
Дивизии пришлось воевать в степях к югу от города. О напряжении боёв свидетельствуют потери: если 25 августа в дивизии насчитывался 10 841 боец, то спустя полтора месяца в строю оставалось 4 356 человек. Спустя ещё месяц – всего 3550.
Однако и наши бойцы наносили существенный урон врагу. В составе хабаровской дивизии было много охотников, до войны добывавших зверя в приамурской тайге, – меткие стрелки, на фронте они стали снайперами. Именно в 422-й дивизии воевал нанаец Алексей Григорьевич Самар, ставший самым результативным снайпером Сталинградской битвы.
За несколько месяцев боёв он уничтожил свыше двух сотен гитлеровцев. В сражавшейся по соседству 96-й дивизии, прибывшей под Сталинград из Амурской области, тоже был свой снайпер по фамилии Самар – к концу 1942 года Семён Самар имел на счету шесть десятков уничтоженных солдат врага.
На завершающем этапе Сталинградской битвы сыграла решающую роль ещё одна дальневосточная войсковая часть – созданная в Приморье 87-я стрелковая дивизия. Именно её бойцы в декабре 1942 года выдержали контрудар немецких резервов, пытавшихся пробиться к уже окружённым в сталинградском котле гитлеровцам.
Солдаты приморской дивизии тогда за пять суток отразили три десятка атак множества вражеских танков, не пропустив противника и не позволив пробить коридор к блокированным в Сталинграде немцам.
Наши земляки, участники Сталинградской битвы, увековечены на мемориале площади Славы и в шести томах краевой Книги Памяти. Среди них Герой России, снайпер Максим Александрович Пассар, погибший в бою 22 января 1943 года.
Десять лет назад, в преддверии всенародного праздника 70-летия Победы советского народа в Великой Отечественной войне, в селе Сикачи-Алян в торжественной обстановке ему была открыта памятная доска. Мемориальный знак установлен на школе, возведённой практически на том месте, где стояла старая, деревянная, одноэтажная, в которой в 1930-х годах учился Максим Пассар.
Подготовила Мария КАРАУЛОВА.
– Уверен, что новый ледокол «Сталинград» будет достойно носить это гордое имя, – сказал президент. – Работая в суровых условиях Арктики, прокладывая путь через льды, станет еще одним символом таланта, силы, созидательной энергии нашего народа, его способности ставить перед собой и воплощать в жизнь самые дерзновенные планы, выстоять в самые тяжёлые времена.
Кстати, среди гостей церемонии закладки атомного ледокола был ветеран, сражавшийся в Сталинградской битве, – Павел Винокуров, которому скоро исполнится 103 года. В августе 1941-го, после третьего курса, его призвали в Красную армию; в марте 1942-го отправили на фронт под Сталинград командиром взвода противотанковых пушек 22-го истребительного полка. 15 августа 1942 года он был тяжело ранен.
Фронтовик передал гендиректору «Росатома» Алексею Лихачеву капсулу с землей с Мамаева кургана, которая будет храниться на ледоколе. Владимир Путин поблагодарил ветерана Сталинградской битвы за участие в церемонии и отметил, что фронтовики не только защищали Родину, но и сделали всё для её возрождения в послевоенные годы.
– Мы воевали, чтобы у вас, ваших детей, внуков и правнуков всегда было над головой безоблачное, спокойное небо, – сказал Павел Винокуров. – И сегодня, глядя на мощную технику и ребят, которые обеспечивают выполнение специальной военной операции, я вижу, что дух народа нашего не сломлен. Хочу поблагодарить вас за то, что вы храните память о Великой Отечественной войне, о живых и погибших в войне. Пусть этот атомный ледокол также стойко и мужественно прокладывает путь в Северном Ледовитом океане. Держите курс и помните: за вами Россия.
Между прочим, ледокол «Сталинград» стал шестым серийным кораблем в проекте 22220. Первые четыре – головной ледокол «Арктика» и три серийных судна – «Сибирь», «Урал», «Якутия» – уже несут вахту в Арктических водах. Строительство двух ледоколов этой серии – «Чукотка» и «Ленинград» – продолжается. Владимир Путин выразил уверенность, что работа по их строительству будет идти в соответствии со сроками.
«НИ ШАГУ НАЗАД!»
Пользуясь случаем, давайте вспомним Сталинградское сражение, началом которого считается 17 июля 1942 года. Тогда авангарды 6-й армии Паулюса на реках Чир и Цимла вступили в бой с подразделениями 62-й и 64-й армий Сталинградского фронта. Завершение – 2 февраля 1943-го, когда в плен сдалась гитлеровская группировка, основу которой составляли остатки 6-й армии вермахта, а также подразделения 8-й итальянской, 3-й и 4-й румынских и 2-й венгерских армий в Сталинградском котле.
К середине июля 1942-го на Сталинградском направлении превосходство противника над Красной армией в самолётах было более чем в два раза. В танках и артиллерии – в 1,3 раза. К концу июля–началу августа немцы выдавили подразделения 62-й и 64-й армий на левобережье Дона. Часть наших дивизий оказалась в окружении.
28 июля Сталин издал приказ № 227 «Ни шагу назад!». К отступающим применялись самые жёсткие меры, вплоть до расстрела. За три недели наступления немецкие танки 4-й армии Гота подошли к Сталинграду с юга, 14-й танковый корпус – с севера, шесть дивизий 6-й армии Паулюса – с запада.
23 августа город на Волге был уничтожен самой массовой суточной бомбардировкой в истории войны: две тысячи самолёто-вылетов 4-го воздушного флота люфтваффе разрушили город, где до начала боёв проживало около 400 тысяч человек, убив пятую часть горожан. Весь сентябрь немцы пытались сбросить наши войска в Волгу.
Тракторный завод под обстрелами продолжал выпускать танки, которые с проходной уходили в бой. Подкрепления шли с левого берега Волги катерами и баржами. Их подвергали постоянным бомбёжкам Люфтваффе.
14 октября пять немецких дивизий начали наступление при поддержке тысячи самолётов. К 11 ноября немцы вышли к Волге на участке в полкилометра. Но потеряли до половины личного состава.
19 ноября, в рамках операции «Уран», началось контрнаступление Красной армии. 23 ноября в районе Калача-на-Дону огромная фашистская группировка, пытавшаяся захватить Сталинград, была окружена. В течение декабря были разгромлены итальянские, румынские и некоторые немецкие части. Мы отбили попытки танковых дивизий Манштейна пробить коридор к Паулюсу. В январе 1943-го 6-я армия советскими ударами была разделена на две части.
31 января была ликвидирована южная группировка фашистов, пленён фельдмаршал Паулюс с 24 генералами. 2 февраля капитулировала северная группировка немцев. Капитуляция 20 немецких дивизий стала днём национального траура для Третьего рейха и сильным ударом по психике Гитлера.
Победа СССР в Сталинграде переломила ход Второй мировой войны. Ни Турция, ни Япония (бывшие союзниками Германии) не рискнули начать боевые действия против Советского Союза. А США и Британия вынуждены были согласиться с главной ролью СССР в подавлении Германии – увеличились поставки в Союз вооружений, приблизилось открытие Второго фронта.
– Разгром фашистских войск на Волге потряс всю немецкую военную, да и политическую машину, вдохновил всех советских людей на ратные и трудовые подвиги, – считает военный историк, почётный гражданин Хабаровска Александр Филонов. – Маршал Г. К. Жуков в своей книге так оценил значение битвы на Волге: «Победа наших войск под Сталинградом ознаменовала собой начало коренного перелома в войне… С этого времени и до самого окончания войны советское командование полностью овладело стратегической инициативой».
Свою оценку событию в своё время дал и маршал А. М. Василевский: «Сколько бы ни усердствовали современные буржуазные фальсификаторы в злонамеренном искажении истории, им не удастся вытравить из сознания человечества величия Сталинградской победы…»
В боях под Сталинградом советские воины проявили массовый героизм. С честью выдержали труднейший экзамен на всех этапах сражения и соединения, прибывшие сюда с Дальневосточного фронта.
Хотя Приморье и Приамурье от линии фронта отделяли многие тысячи километров, жители этих регионов, как и все граждане страны, с первых дней участвовали в той страшной войне. Так, первый эшелон бойцов-дальневосточников ушёл на запад уже вечером 28 июня 1941 года.
«ДО ВОЛГИ МЕТРОВ 200…»
205-я дивизия, прибывшая на Сталинградский фронт из Хабаровска, одной из первых попала под главный удар немецкого наступления. К началу августа 1942 года дивизия насчитывала 11 826 человек – за первые две недели боёв на западном берегу реки Дон, на дальних подступах к Сталинграду, потеряла почти треть состава. К вечеру 15 августа дивизия оказалась в окружении противника и начала отходить к донским переправам.
Прикрывавший отступление 731-й полк дивизии полностью погиб в бою – командир полка майор Владимир Кельберг, его заместитель и комиссар полка, чтобы не попасть в плен, застрелились.
«Перед тем как стреляться, приказали адъютантам добить, если сами выстрелят неудачно. Остальным сказали поступать, как посчитают правильным сами…» – вспоминал позднее санитар Василий Иванович Саменков, раненым попавший в плен и единственный, кто выжил из того полка. Всего же из почти 12 тысяч человек хабаровской дивизии к концу августа смогли выйти из окружения не более 400 человек.
В те же августовские дни 1942 года, в 100 км южнее, у станции Котельниково, погибла 208-я дивизия, прибывшая на Сталинградский фронт из Хасанского района Приморского края. Дивизии пришлось вступить в бой с прорвавшимися танками врага, не успев полностью выгрузиться из железнодорожных вагонов. Эшелон с боеприпасами был уничтожен немецкими бомбардировщиками, и бойцам из Приморья пришлось сражаться в условиях нехватки снарядов и патронов.
Вот как те трагические минуты вспоминал будущий герой Сталинградской битвы Василий Чуйков, тогда, после прорыва немцев, пытавшийся организовать оборону города на юго-западном направлении:
«Мы опять встретили отходивших вдоль железной дороги людей и повозки. С трудом найдя в толпе офицера, я узнал от него тяжёлую весть: 3 августа несколько эшелонов 208-й дивизии, выгрузившись на станции Котельниково, были внезапно атакованы авиацией и танками противника. Уцелевшие подразделения отходили назад вдоль железной дороги. Где были командир дивизии, командиры полков и штабы – узнать не удалось…
Возле разъезда Небыковский батальон бойцов 208-й стрелковой дивизии, развернувшись цепью фронтом на юг, рыл окопы. Командир батальона доложил, что, узнав от отходящих с юга о появлении немецких танков в Котельниково, он по своей инициативе решил занять оборону. Где командир полка или дивизии, он не знал, поскольку его батальон только выгрузили. Я одобрил действия этого командира батальона, приказав задерживать отходящих, и обещал дать ему связь от ближайшего штаба, который надеялся найти…»
Будущий маршал Чуйков тогда ещё не знал, что буквально несколько часов назад прибывшая из Приморья дивизия, по сути, перестала существовать: её штаб и основные силы были разбиты наступавшими немецкими танками у станции Челеково, примерно в 100 км к юго-западу от Сталинграда. Командир дивизии, полковник Константин Воскобойников, погиб в бою.
Всего же в августе 1942 года из 13 360 бойцов 208-й приморской дивизии выжило около тысячи человек. Выжившие были переданы на усиление земляков – 126-й дивизии, также только что прибывшей из Приморья. Этому воинскому соединению пришлось в течение всего августа быть основой нашей обороны на юго-западных подступах к Сталинграду.
К 29 августа поредевшая в боях 126-я дивизия насчитывала менее половины изначального состава – около четырёх тысяч бойцов. Командир дивизии полковник Владимир Сорокин получил приказ прикрыть отход остальных частей к Волге.
«ЕСЛИ ВЫИГРАЮ, ТО МОГУТ И ЗАСТРЕЛИТЬ…»
В боях на южных подступах к Сталинграду соседом 126-й дивизии, прибывшей из Приморья, была 204-я дивизия, переброшенная на фронт из Амурской области. За полтора месяца боёв дивизия потеряла большую часть бойцов: из 12 126 человек в строю осталось всего 1 512.
Тем не менее этой дивизии повезло, если так можно выразиться о фронтовой судьбе: в середине сентября 1942 года решением высшего командования её вывели в ближний тыл на отдых и пополнение.
Спустя два месяца бойцы 204-й дивизии были на острие начавшегося контрнаступления – вели бои у пригородов Сталинграда, отрезая противника наступлением с юга.
Тем временем в числе войск, наступавших с севера, тоже были бойцы из Амурской области – 96-я стрелковая дивизия. До июля 1942 года она располагалась в городе Завитинске (в то время посёлок Завитая) в 5 820 км к востоку от Сталинграда.
В августе переброшенная на фронт дивизия сумела захватить и удержать на левом берегу Дона стратегический плацдарм – именно он в ноябре того года стал исходной точкой нашего контрнаступления на северном фланге Сталинградской битвы.
В следующие месяцы дивизия участвовала в ликвидации немецкой группировки, окружённой в Сталинграде. В конце января 1943 года именно бойцам 96-й амурской дивизии поручили передать командованию окружённого противника предложение о капитуляции. Ультиматум понёс лейтенант Василий Попов, начинавший военную службу в Приморье, в Спасске-Дальнем.
Много лет спустя он так вспоминал те события: «Как-то раз меня вызвали в штаб и сказали: «Пойдёте к немцам для переговоров». Я согласился с ходу. До меня на это задание приглашали пять или шесть офицеров – все отказались. А я согласился. И вот меня начали готовить: одели в белый маскировочный костюм, дали белый флаг и пакет с ультиматумом советского командования.
27 января 1943 года вышли на передовую. Всё было тихо, ни с нашей стороны, ни со стороны немцев огня не велось. Пошёл я к немцам, перешёл через балку, дошёл до их переднего края. Тут выходит немецкий ефрейтор, остановил меня. Потом подошёл офицер, вытащил носовой платок, завязал мне глаза, взял под руку и повёл. А я начал отсчитывать шаги, сколько в каком направлении – 75 шагов прямо, 32 влево и ещё 20 прямо…»
В итоге лейтенант с завязанными глазами оказался в центре разрушенного Сталинграда, в одном из подвалов, где размещался штаб немецких войск. Только там ему сняли повязку с лица, и Василию Попову довелось более часа изнутри наблюдать жизнь окружённого врага. Спустя десятилетия он вспоминал:
«Посредине подвала длинный стол, за столом сидят офицеры, кто читает, а кто просто сидит, задумался. Настроение, вижу, у них упавшее. А я, наоборот, себя бодрее почувствовал: ага, попались!.. За столом офицер и, по-моему, фельдфебель, играют в шахматы. А я в шахматы любил играть. Сижу, думаю: может, сыграть с ними? А потом думаю: если выиграю, то могут и застрелить. Нет, не буду играть!»
ГВАРДЕЙЦЫ СТАЛИНГРАДА
От начала и до конца Сталинградской битвы в ней участвовала и 422-я стрелковая дивизия, сформированная в Хабаровском крае. Первый эшелон дивизии отправился на фронт 12 июля 1942 года со станции Розенгартовка, в 150 км к югу от Хабаровска, и ровно через две недели прибыл на станцию Гумрак, в 15 км к западу от Сталинграда.
Дивизии пришлось воевать в степях к югу от города. О напряжении боёв свидетельствуют потери: если 25 августа в дивизии насчитывался 10 841 боец, то спустя полтора месяца в строю оставалось 4 356 человек. Спустя ещё месяц – всего 3550.
Однако и наши бойцы наносили существенный урон врагу. В составе хабаровской дивизии было много охотников, до войны добывавших зверя в приамурской тайге, – меткие стрелки, на фронте они стали снайперами. Именно в 422-й дивизии воевал нанаец Алексей Григорьевич Самар, ставший самым результативным снайпером Сталинградской битвы.
За несколько месяцев боёв он уничтожил свыше двух сотен гитлеровцев. В сражавшейся по соседству 96-й дивизии, прибывшей под Сталинград из Амурской области, тоже был свой снайпер по фамилии Самар – к концу 1942 года Семён Самар имел на счету шесть десятков уничтоженных солдат врага.
На завершающем этапе Сталинградской битвы сыграла решающую роль ещё одна дальневосточная войсковая часть – созданная в Приморье 87-я стрелковая дивизия. Именно её бойцы в декабре 1942 года выдержали контрудар немецких резервов, пытавшихся пробиться к уже окружённым в сталинградском котле гитлеровцам.
Солдаты приморской дивизии тогда за пять суток отразили три десятка атак множества вражеских танков, не пропустив противника и не позволив пробить коридор к блокированным в Сталинграде немцам.
Наши земляки, участники Сталинградской битвы, увековечены на мемориале площади Славы и в шести томах краевой Книги Памяти. Среди них Герой России, снайпер Максим Александрович Пассар, погибший в бою 22 января 1943 года.
Десять лет назад, в преддверии всенародного праздника 70-летия Победы советского народа в Великой Отечественной войне, в селе Сикачи-Алян в торжественной обстановке ему была открыта памятная доска. Мемориальный знак установлен на школе, возведённой практически на том месте, где стояла старая, деревянная, одноэтажная, в которой в 1930-х годах учился Максим Пассар.
Подготовила Мария КАРАУЛОВА.